Фонд поддержки альтернативных Концепций Жизнеустройства Жизнеобеспечения и Природосбережения

 

ТВОЙ СТРОЙ

 

  Замысел проекта

  Цели Фода

  Задачи Фонда

  Проекты

  Программы

  Проведённые мероприятия

Адреса и телефоны

  Форум

 

 

 

 

 

 
 

МировоззрениеХронологияСозидание

ТС-ТВ

 

«О текущем моменте», № 4 (64), 2007 г.

РАН против лженауки?
— “Врачу”: исцелися сам…

Столетию со дня рождения и доброй памяти Ивана Антоновича Ефремова[1] посвящается.

ОГЛАВЛЕНИЕ

1. Борьба с лженаукой — вопрос “тонкий”…

2. В чём “тонкость” вопроса?

3. Практика — критерий истины… и это очень печально для РАН

4. Структура науки как сферы жизни общества.

5. Лженаука в РАН: факты

5.1. Психология.

5.2. Политология: история и международные отношения.

5.3. Экономика и “экономическая кибернетика”.

5.4. Кое-что о положении в естествознании.

О медицинской науке и врачебной практике.

6. Наука “официальная” и неофициальная:  причина заболевания лженаукой.

7. Хроническая неспособность РАН к очищению от лженауки.

8. Наука и политика: перспективы официоза…

9. Рецепт есть — хватит ли воли ему последовать?.

 

1. Борьба с лженаукой — вопрос “тонкий”…

Как сообщило 30.03.2007 г. радио “Свобода”, Российская академия наук (РАН) решила заняться борьбой с распространением в обществе лженауки:

«Издан Бюллетень №1 Комиссии Российской академии наук по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. Он содержит статьи, рецензии и обращения в правительство РФ и средства массовой информации, направленные на разоблачение псевдо- и антинаучной деятельности, на сохранение и развитие подлинной науки в России. Сборник назван: “В защиту науки”» — сообщается на сайте радиостанции (И.Смирнов. “Бюллетень комиссии по борьбе с лженаукой. Учёные защищаются и атакуют”:

http://www.svobodanews.ru/Article/2007/03/30/20070330125156547.html).

Изданному ещё в 2006 г. сборнику служитель “свободы” Илья Смирнов дал высочайшую оценку:

«Образцы фельетонов вы найдёте в бюллетене Комиссии. Поверьте, естествоиспытатели хорошо пишут по-русски, без культурологической зауми, живо и убедительно. Вот портреты предприимчивых граждан, которые своими учёными степенями подпирали секту Грабового. Вот новая «наука» в кавычках на базе синергетики. Вот старая добрая астрология, взялась определять для военного ведомства гороскопы кораблей. Кстати, успешно предсказывает! Только не до аварии, а после. Вот замечательные патенты, выданные… нет, не за взятку, а в соответствии с законом: «в статье № 4 Патентного закона… в перечне нет требования приемлемости заявки с точки зрения современной науки». Здорово, да? Вот другая тёплая компания — философов «полимундистов». Они под лозунгом «отказа от сциентистского подхода» развивают «новые концепции естествознания». «Опыт бодрствования, сновидений, опыт чувственный, интеллектуальный, мистический, опыт наркотических опьянений… — всё это в той или иной степени действительно…» В результате, «выводы науки и любой бред являются лишь равноправными «текстами»… Заметьте, что распространяется сей «опыт» официальными кафедрами философии (бывшей марксистско-ленинской, ныне — оккультно-наркотической) за счёт налогоплательщиков. Соответственно, я понимаю, почему в превосходной статье доктора физико-математических наук Юрия Николаевича Ефремова «Естествознание и квазифилософия» содержится нелестный пассаж про науки гуманитарные: мол, нет у них «объективного критерия истины»[2]. Позволю себе заступиться: кроме конъюнктурщиков, есть ведь и настоящие историки или, например, лингвисты, составившие родословные языков. У них с объективными критериями всё в порядке. И их надо активнее привлекать к работе Комиссии» (И.Смирнов. “Бюллетень комиссии по борьбе с лженаукой. Учёные защищаются и атакуют”:

http://www.svobodanews.ru/Article/2007/03/30/20070330125156547.html).

Однако обратимся к самому “Бюллетеню”. В предисловии сборника, читаем:

«Молодое российское государство постепенно выходит из фазы бандитского капитализма. Однако надвигается новая напасть — власти теперь взялись за реформирование науки, культуры и образования. Понимают ли они, что, мягко говоря, странные и невнятные реформы, которые они пытаются проводить в жизнь, ведут к снижению уровня образования и культуры? Что же касается науки, то у многих высокопоставленных чиновников довольно явственно прослеживается наплевательское отношение к её судьбе одновременно с неподдельным интересом к собственности научных учреждений. Если чиновниками удастся взять собственность науки в свои руки, то с большой вероятностью наука будет уничтожена. Коррумпированное чиновничество найдёт этой собственности более достойное применение, что обеспечит чиновникам (не государству!) не малые дивиденды. Ну, а наука будет заменена суррогатом: сегодня можно без труда получить любой документ, не прикладывая больших усилий, будь то аттестат зрелости, диплом об окончании любого вуза, аттестат профессора, диплом кандидата либо доктора наук. “Выпечка” кандидатов и докторов наук с диссертациями “под ключ” и даже с защитами подобных диссертаций в специально организованных декоративных учёных советах приняла небывалые масштабы[3]. Всё это заведомо криминальный бизнес, приносящий мошенникам ощутимые доходы, но государство делает вид, что ничего страшного не происходит.

Многие так называемые общественные академии штампуют своих “кандидатов”, “докторов” и “профессоров”, разумеется не бесплатно. Здесь правительство ограничилось полумерами, запретив признавать дипломы общественных академий в качестве официальных документов в государственных учреждениях. А то, что дипломы этих “академий” как две капли воды похожи на государственные, выдаваемые Высшей аттестационной комиссией (ВАК), и что только в микроскоп можно углядеть разницу, такие “мелочи” правительство в своём постановлении проигнорировало. К чему всё это ведёт — догадаться нетрудно. Деградирует образование, Митрофанушки[4] с купленными степенями и званиями приникают в органы управления страной. Сегодня едва ли не каждый второй высокопоставленный чиновник значится кандидатом[5] или доктором наук. Кто из них настоящий — понять невозможно…

Вот иллюстрация, как говорится, по горячим следам. 24 апреля 2006 г. правительственная “Российская газета” опубликовала статью заместителя секретаря Совета безопасности РФ Н.Спасского «Готовясь к “восьмёрке”»[6]. Автор предлагает перед встречей в верхах “проинвентаризировать некоторые исходные позиции”. Среди прочего он пишет о “приближающемся прорыве в энергетике (управляемый термоядерный синтез, водородная и вакуумная энергия)”. Возникает нехорошее подозрение, что ответственных чиновников Совбеза консультируют либо люди, не обременённые современными знаниями, либо мошенники. До сих пор энергию из вакуума “извлекали” журналисты из самых низкопробных изданий жёлтой прессы. На государственном уровне таких заявлений ещё не было…

(…)

Теперь ещё об одной беде. Лженаука во всех её мыслимых и немыслимых обличьях сегодня свободно гуляет по России. Разумеется, речь не идёт об отдельных наивных “открытиях” фантазёров-одиночек. Современное околонаучное шарлатанство стало системным явлением, по большей части организованным, имеющим свои фирмы, центры и даже “академии”. В нашей сегодняшней действительности эти “учёные” чувствуют себя, как рыба в воде. Обманывают стариков, выдавая всевозможные пустышки за панацею. (…) Околонаучные шарлатаны обманывают бизнесменов и государственные предприятия, обещая им тепловые приборы с КПД 150, 300 и даже 1000 процентов! Конкретная цифра зависит от наглости “авторов”, а нарушение закона сохранения энергии их не смущает.

Об этом неловко писать, но экстрасенсы и астрологи разных мастей находили поддержку в администрации Президента России, в Министерстве обороны.

(…)

Для достижения своих корыстных целей идеологи лженауки утверждают, что “официальная научная парадигма” устарела, что настаёт эра нового знания, в которой “догматической науке” не будет места. Тотальное наступление на подлинную науку ведётся не только адептами лженауки. За спиной врагов науки — мощное “философское” обоснование[7], имеющее корни, — анархистские концепции постмодернизма, отрицающие существование объективной истины и объявляющие результаты науки продуктами сговора учёных.

(…)

Что касается ординарной лженауки, в большинстве случаев возникает впечатление, что её адепты просто не воспринимают любые факты, опровергающие их любимую идею. Синдром id­­­ιe fixe — навязчивой идеи — хорошо известен в психологии: одержимых такими идеями людей невозможно переубедить. Законы логики написаны не для них. (…)

Некоторые из плодов лженауки — результат искренних заблуждений; некоторые являются итогом усилий людей, стремящихся урвать средства из бюджета страны. Заблуждающихся и, тем более, больных людей наказывать грех, но активность авторов сомнительных разработок, направленная на немедленное выделение государственных средств, должна безусловно пресекаться, а мошенники, сумевшие добраться до казны, должны преследоваться по закону, как заурядные аферист.

 Авторы псевдонаучных работ обычно сетуют, что официальная наука их не признаёт, как не признавала когда-то генетику и кибернетику. Давление тоталитарного государства действительно может препятствовать развитию настоящей науки и даже поддерживать псевдонауку, но в нынешней России государство наукой мало интересуется, а научное сообщество свободно от каких бы то ни было указаний “партии и правительства”. Никакой официальной науки не существует, есть только наука и не-наука. Пропаганда лженауки однако вредна для государства и опасна для общества. Запретить её нельзя, но можно и нужно противопоставить ей научное знание, необходимо просвещение не только народа, но и СМИ, и чиновничества. Псевдонаука всех мастей широко распространена и на Западе, но там ей противостоят хорошо организованная научная общественность и активная пропаганда достижений реальной науки в средствах массовой информации»[8] (Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований РАН. “В защиту науки”. Москва, «Наука», 2006, Бюллетень № 1, 2006, 182 стр. Приводится по публикации в интернете на сайте: http://vivovoco.astronet.ru/OUTSIDE/BULLETIN1.PDF).

Вот такие мрачные перспективы нарисовала редколлегия Бюллетеня. Однако тема борьбы Академии наук с развитием и распространением в обществе лженауки не нова. Ещё в бытность СССР газета “Правда” (орган ЦК КПСС) 15.03.1991 г. в своей публикации о ежегодном общем собрании АН СССР привела текст записки, направленной в президиум собрания академиком А.Александровым:

«В докладах ничего не сказано о борьбе Академии наук с лженаукой. Она завоёвывает всё новые и новые позиции. Это самый страшный враг настоящей науки. Академия должна организовать борьбу с лженаукой. Уходить от этого вопроса — трусость».

Хорошо понимая, а как минимум просто чувствуя, что Академия наук не может бороться с тем, что она сама же и порождает, благонамеренно “честному” в этом вопросе академику А.Алек­сан­дрову ответил ещё более “честный” академик Г.Месяц:

«Сейчас огласили записку о колоссальном разгуле лженауки. Говорили о том, что сами учёные допускают резкие нападки на академию. Критика вполне допустимая, но самим учёным нужно быть ответственными людьми, когда мы затрагиваем такие ТОНКИЕ ВОПРОСЫ (выделено нами при цитировании)».

2. В чём “тонкость” вопроса?

“Тонкость” вопроса о лженауке разъясняет прижившаяся в научных кругах с конца 1950‑х гг. поговорка: «учёным можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан…», — характеризующая изрядную долю защищаемых диссертаций на соискание учёных степеней для начала — кандидатов, а потом — и докторов тех или иных наук. Её дополняет ещё одна шутка учёных: «диссертация — пространное заявление о повышении зарплаты»[9].

Так профессиональный «фольклор» говорит о том, что дело распространения лженауки в обществе уже давно зашло достаточно далеко и, что к генерации и распространению лженауки в обществе причастны сама Академия наук (т.е. многие “выдающиеся” деятели науки и техники персонально), учёные советы по присуждению степеней в вузах, НИИ и КБ, и надзорный над всеми ними орган — ВАК (т.е. члены экспертных советов ВАК персонально).

Соответственно вопрос о лженауке в самой же Академии наук перестанет быть “тонким”, если выявить принципиальное различие между наукой и лженаукой, а потом посмотреть на развитие обоих социальных явлений в жизни общества как таковых[10].

Вопреки тому, что декларируют упомянутые академиками в предисловии к сборнику анархистствующие философы-постмодернисты и «полимундисты», которых академики почему-то не могут поставить на место, просто возбудив дело о дисквалификации (ВАК — должна иметь и «задний ход»), объективная истина, как составляющая объективной реальности существует. Но наряду с объективной истиной существует субъективизм людей, как персональный так и корпоративный, вследствие которого мнения людей об объективной реальности и протекающих в ней процессах в большей или меньшей мере в силу разных причин отдаляются от объективной истины или просто затмевают её, как это происходит в психике разнородных агностиков и солипсистов. Уклонение от истины могут иметь место как в принципе, когда мнение просто вздорно, так и в прикладных задачах, когда мнение, адекватное объективной истине в одних обстоятельствах (условиях), возводят в ранг пресловутой объективной истины в других обстоятельствах, характеризуемых иным набором параметров (к этому мы вернёмся далее в разделе 5.4 при рассмотрении второго начала термодинамики), или при иных значениях тех же самых параметров[11].

Поэтому в науке объективны только результаты наблюдений и экспериментов настолько, насколько сам наблюдатель или экспериментатор не вносит искажений в течение наблюдаемого им процесса или проводимого эксперимента. Всё остальное в науке — исключительно субъективные интерпретации наблюдений над естественным течением процессов и над проводимыми экспериментами. Эти субъективные мнения могут оцениваться:

·    как объективно научные, если на их основе можно вырабатывать решения с предсказуемыми последствия и проводить эти решения в жизнь, получая на выходе обещанный теориями результат;

·    и как объективно лженаучные, если на их основе необходимые в жизни решения либо невозможно выработать, либо осуществление выработанных решений приводит к последствиям, непредсказуемым или прямо противоположным ожидаемым.

*          *          *

Это разграничение результатов действий на основе науки и лженауки выражается в чеканной формуле: «практика — критерий истины».

И практика является критерием истины, не знающим исключений, для всех научных дисциплин от естествознания через гуманитарные дисциплины до богословия включительно (в последовательности, понятной атеистам) и от богословия через гуманитарные дисциплины до естествознания и его приложений (в последовательности, понятной для людей религиозных[12]).

Собственно говоря, это разграничение результатов практической деятельности на основе субъективных мнений и разделяет объективно науку и лженауку.

Но, сделав этот вывод, надо вспомнить о субъективизме, который может быть сколь угодно ошибочным, вследствие чего истинная наука может представляться ему вполне искренне лженаукой, а лженаука — истинной наукой.

Поскольку и наука и лженаука выражают себя в текстах, то один из аспектов такой ошибочности субъективизма проистекает из неспособности индивидов извлечь из текста тот смысл, который в него закладывал автор. Вариантов два:

·    Индивид осознаёт, что за словами и символами читаемого им текста он не видит образов тех явлений, о которых текст повествует. В этом случае есть предмет для разговора и уточнений, что именно и как человек не понимает и что необходимо ему дать предоставить дополнительно, что бы он понял текст адекватно.

·    И более тяжёлый случай, когда индивид в процессе чтения текста, вместо того чтобы соображать (т.е. генерировать те образные представления, которых у него нет на момент обращения к тексту), видит за текстом те образы, которые у него уже связаны со знакомыми ему словами и символами, но при этом не осознаёт факта замещения отсутствующих у него образных представлений теми, что у него уже были. Он прочитал текст и “понял” его, но это понимание — неосознанно извращённое. Потом, вспомнив о том, что «практика — критерий истины» он будет соотносить воспринятое им извращённое понимание с жизнью и убеждаться, что прочитанный им текст — ошибочен либо заведомо ложен. А если текст адресован не только ему, то в его неадекватности жизни он будет убеждать и других его читателей. Если понимание носит такой извращённый характер, то канал связи с индивидом на основе членораздельной изустной либо письменной речи (а иногда и письменной, и изустной одновременно) оказывается практически неработоспособным. В этом случае требуется индивида научить чувствовать себя и осознавать внутреннюю работу его психики. Но это отдельная тема.[13]

Но если субъективизм хронически не способен различать науку и лженауку, то происходит то, о чём на протяжении веков говорили все противники агностицизма и множественности истин: действующие на основе лженаучных представлений совершают ошибки, несовместимые с продолжением жизни их самих или их культур и исчезают с исторической сцены — как сказано в Коране: «… предположение ни в чём не избавляет от истины» (10:36)[14]. Если же искать глубинно-психологические причины этому, то они лежат в устойчиво порочной нравственности субъектов, бездумно возводящих умышленную ложь и фальшь в ранг Правды-Истины, и навешивающих на Правду-Истину ярлык умышленной лжи и фальши.

Бог искореняет неправедность. Об этом прямо говорится в Коране, сура 7:

«181. Из тех, кого Мы сотворили, есть народ, который ведёт истиной и ею творит справедливость. 182. А тех, которые считали ложью Наши знамения, Мы низведём так, что они не узнают. 183. И Я даю им отсрочку: ведь Моя хитрость — прочна. 184. Неужели они не размыслили, что у их сотоварища[15] нет одержимости? Он ведь — только ясный увещатель. 185. Неужели они не размышляли о власти над небесами и землёй, и обо всём, что создал Бог, и том, что, может быть, приближается их предел? В какое же повествование после этого они уверуют? 186. Кого сбивает с пути Бог, тому нет водителя, и Он оставляет их скитаться слепо в их заблуждении».

В 1969 г. писатель-фантаст и учёный (геолог и палеонтолог — палеонтология без знания геологии невозможна) И.А.Ефремов писал своему другу американскому палеонтологу Эверету Олсону:

«Мы можем видеть, что с древних времён нравственность и честь (в русском понимании этих слов) много существеннее, чем шпаги, стрелы и слоны, танки и пикирующие бомбардировщики. Все разрушения империй, государств и других политических организаций происходят через утерю нравственности. Это является единственной причиной катастроф во всей истории, и поэтому, исследуя причины почти всех катаклизмов, мы можем сказать, что разрушение носит характер саморазрушения.

Когда для всех людей честная и напряжённая работа станет непривычной, какое будущее может ожидать человечество? Кто сможет кормить, одевать, исцелять и перевозить людей? Бесчестные, каковыми они являются в настоящее время, как они смогут проводить научные и медицинские исследования? Поколения, привыкшие к честному образу жизни, должны вымереть в течение последующих 20 лет, а затем произойдёт величайшая катастрофа в истории в виде широко распространяемой технической монокультуры, основы которой сейчас упорно внедряются во всех странах…» (Приводится по тексту книги А.Константинова “Светозарный мост” 2 издание по публикации на сайте: http://noogen.2084.ru/Efremov.htm).

Если в приведённом фрагменте под нравственностью понимать не нравственность вообще, не определённую по содержанию представлений о Добре и Зле, а именно праведность как предопределённый Свыше идеал нравственности всех людей, на основе идентичности нравственных стандартов в отношении себя и других, — то по сути в приведённом отрывке письма И.А.Ефремов выразил иными словами то же самое, о чём предостерегает Коран — «практика — критерий истины»…

 

*                     *
*

Для нас самым удивительным в приведённых фрагментах предисловия к Бюллетеню № 1 “В защиту науки” было то, что защитники науки ссылаются на логику, хотя уж кому, кому, а настоящим учёным должно быть известно и со школьной скамьи (теоретически — все принадлежат к поколению, когда диамат проходили в школах и вузах, сдавали «кандидатские минимумы»), и по своей научной деятельности (практически), что именно практика — критерий истины, а вот логика способна доказать что угодно, в зависимости от того, какие исходные данные под видом истины в неё заложат.

В сборник, кроме предисловия и справок об авторах включены 20 работ, но ни одна из них не даёт ответа на вопрос: чем в принципе наука отличается от лженауки? — хотя в них приводится много конкретных примеров проявлений и популяризации того, что с субъективных позиций РАН является лженаукой, однако делается это не всегда убедительно.

Поэтому складывается впечатление, что “тонкость” вопроса защиты науки и борьбы с лженаукой ещё со времён АН СССР и РАН наших дней одна и та же, и состоит она в том, чтобы избегать универсальных методологических критериев разграничения науки и лженауки в их конкретных проявлениях.

3. Практика — критерий истины… и это очень печально для РАН

Так получилось, что все авторы статей в упомянутом Бюллетене — естествоиспытатели: физики, астрономы, техники, один причастен к биологии (хотя и кандидат физ.-мат. наук, но работает в Институте высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН). Возможно, что как профессионалы в своих областях специализации они действительно состоялись, а не только являются обладателями дипломов о присвоении им соответствующих учёных степеней и званий. Но если выйти за пределы узкой профессиональной специализации и действительно стать на гражданскую позицию (государство, общество — это мы), то чисто по-общече­лове­чески — т.е. всем — должно быть понятно следующее.

ПЕРВОЕ:

·    лженаука в силу субъективизма людей, склонного к ошибкам и доходящего до принципиального нежелания переоценивать свои мнения, в обществе генерируется всегда;

·    но если наука здрава смыслом, в силу чего способна отвечать на практические вопросы людей, являющихся потребителями знаний, генерируемых наукой, то лженаука не может иметь массового распространения, а тем более притязать на господство над умами людей;

·    а вот если наука больна, в силу чего она не способна давать ответы на некоторые практические вопросы, значимые для множества людей, а также и для действующих политиков, то люди, подталкиваемые самой несостоятельностью науки, вынуждены искать ей альтернативу, которая может быть двоякой:

Ψ   самостоятельно генерировать новое знание и практические навыки по мере возникновения в их жизни потребностей в этих знаниях и навыках и делать это в темпе осуществления деятельности;

Ψ   найти «консультанта по проблеме», альтернативного профессиональным учёным, который может оказаться и шарлатаном или психопатом-графоманом, а может оказаться и научно успешным дилетантом, которому не нашлось места в профессиональной среде «больших учёных» именно вследствие нравственно-этического и (как следствие) интеллектуального нездоровья самой науки как отрасли профессиональной деятельности в этом обществе.

ВТОРОЕ:

·    Если в стране существует социологическая наука, адекватная жизни, а не лженаука под видом социологии, и если в стране есть система всеобщего и профессионального социологического образования, то в этой стране не может быть затяжного общекультурного кризиса и непреходящей хозяйственной разрухи.

·    Если в же в стране — непреходящий на протяжении десятилетий общекультурный кризис и непрестанно неэффективная хозяйственная система, то это означает, что под видом истории, социологии, философии, психологии, и экономической науки в ней процветает лженаука, на основе которой системой образования формируются неадекватные жизни представления подавляющего большинства людей, в том числе и тех, кто со временем становится чиновниками государственного аппарата, включая и сотрудников спецслужб. В таких условиях развитие науки становится почти что невозможным, но лженаука начинает процветать, поскольку в условиях хозяйственной разрухи и общекультурного кризиса она становится более надёжным источником доходов, нежели созидательные виды деятельности

Соответственно, если бы Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований РАН действительно была бы обеспокоена проблемой искоренения лженауки и развития науки, то начала бы она свою деятельность не с упоминаний «шарлатана и мошенника Г.Грабового»[16], а занялась бы выявлением шарлатанов, мошенников и графоманов-недоумков[17] в своём собственном отделении общественных наук, в состав которого входят: секция международных отношений, секция философии, социологии, психологии и права, секция экономики; а также и в секции истории историко-филологического отделения.

Конечно, участники этих кормушек под вывеской «отделение общественных наук РАН» + к ним злостные “историки”[18] верещали бы на тему «гонений на науку, которые ведут некомпетентные в “тонких гуманитарных вопросах” грубые чиновники РАН и примкнувшие к ним естественники и технари», но практика — критерий истины, и большинство умов, достигших реальных результатов в естествознании и технике, способны войти и в понимание общественных наук. Вхождение же “гуманитариев” в проблематику естествознания и технических наук в большинстве своём невозможно, вследствие неосвоенности ими математического аппарата.

Займись естественники и технари РАН приложением не знающего исключения принципа «практика — критерий истины» к деятельности историков и отделения общественных наук РАН, то от кормушки ныне легитимных социологии, концепций международных отношений, истории, философии, психологической науки, юриспруденции, и “экономической” науки мало что останется. После этого и остальная бы лженаука пошла бы на спад вслед за сжатием её «экологической ниши» и общего нравственно-интеллектуального оздоровления общества.

4. Структура науки как сферы жизни общества

Если говорить о значимости специализированных наук в жизни общества, то большинство выстраивает такую иерархию:

·    естествознание (физика, химия, биология, геология, география, астрономия и т.п.), математика и их приложения (технические науки, медицина);

·    гуманитарные науки — история, языкознание, психология, юриспруденция и т.п.

В действительности же иерархия специализированных отраслей науки по их значимости должна быть иной.

Поскольку вся культура в исторически сложившемся виде всех её ветвей представляет собой продукт психической деятельности людей[19], то наиболее значимой наукой является психология человека. Она определяет характер обществоведения, которое обязано выявить и представить обществу и государственности объективно наилучший вариант организации жизни общества в преемственности поколений. Естественно, что речь может идти только о жизни общества телесно и психически здоровых людей в ладу со здоровыми в преемственности поколений биоценозами и биосферой Земли в целом.

Обществоведение также обязано выявить факторы, которые привели в прошлом к уклонению общественного развития от выявленного идеала, и которые продолжают действовать в настоящем. Соответственно обществоведение должно породить и концепцию перехода общества к этому идеалу с целью дальнейшего развития человечества как биологического вида и культуры глобальной цивилизации.

Обязанность исторической науки — не только знать факты прошлого, но и выявить причинно-следственные взаимосвязи в течении истории в прошлом и последствия прошлых событий в современности, что необходимо для выработки и осуществления общественно полезной политики на перспективу в соответствии с концепцией развития цивилизации, которую должно дать обществоведение.

При этом надо обратить внимание, что текущая политическая жизнь общества и международные отношения, имеющие место в настоящем, непрестанно перетекают в свершившуюся историю.

Применительно к структуре РАН это означает, что историческая наука должно входить в состав отделения общественных наук, а не в состав историко-филологического отделения РАН.

Т.е. даже сама организационная структура РАН, на протяжении многих десятилетий исключающая историческую науку из отделения общественных наук, способствует разобщению социологии как таковой и исторической науки, что чревато процветанием лженауки как в истории, так и в социологии.

Сказанное о иерархической значимости частных наук не означает, что естествознанием, математикой и их прикладными отраслями можно пренебрегать, либо что их необходимо чуть ли не административно подчинить «гуманитологам»[20], подобно тому, как в бытность СССР так называемые “философы” — в большинстве своём не способные освоить высшую математику, что закрывало им доступ к пониманию теорий и проблематики естествознания и социальной статистики, — на основе якобы знания ими “общих закономерностей бытия” — практически диктаторски монопольно решали, что есть в науке истина, а что — лженаука. Сказанное означает:

·    ошибки и шарлатанство в области истории и социологии имеют куда более тяжёлые последствия для общества, нежели текущие ошибки естествознания;

·    ошибки естествознания и прикладных наук на его основе обусловлены (программируются) ошибками общественных наук и шарлатанством в них, поскольку личностная культура психической деятельности является фактором, предопределяющим результаты деятельности всякого человека во всякой отрасли деятельности, включая и естествознание. При этом целенаправленное взращивание личностной культуры психической деятельности предполагает особую роль психологической науки, в основе которой должны лежать достижения естествознания, а не фантазии графоманов и психопатов (типа З.Фрейда).

ФИЛОСОФИЯ в системе специализированных наук занимает особое положение.

В философствование (понимаемое как выражение некой новой философии или развитие некой ранее сложившейся философии) можно войти, только обретя достаточно широкий кругозор в ходе научно-практической работы в отраслях естествознания и его приложениях, проявив интерес к жизни общества в целом, т.е. к предметной области так называемых «гуманитарных дисциплин». Именно вследствие этого в системе наук философия занимает особое положение. Если попытаться войти в философствование непосредственно, минуя практическую деятельность в естествознании, в его приложениях, и предметную область «гуманитарных» наук, то неизбежно графоманство под видом философии — то, что Ю.Н.Ефремов назвал «квазифилософией», т.е. лжефилософией.

Если совокупность наук уподобить музыке, то философия аналогична камертону:

·    во-первых, на камертоне как таковом невозможно исполнить ни одну мелодию, даже самую простенькую;

·    во-вторых, без камертона музыканты и настройщики, не обладающие абсолютным слухом, не способны настроить свои инструменты, вследствие чего игра множества инструментов в составе оркестров становится невозможной;

·    в-третьих, людям, обладающим абсолютным слухом, камертон не нужен…

Так и философия:

·    во-первых, сама по себе она бесполезна, в том смысле, что в отличие от прочих наук, она не способна решать никакие прикладные задачи;

·    во-вторых, если она фальшива, то конфликты разных отраслей науки, несовместимость разных теорий в пределах одной науки, неадекватность жизни таковой научных теорий и практики их приложений в каких-то аспектах — неизбежны;

·    в-третьих, есть учёные, которым философский камертон не нужен, поскольку их чувство меры не фальшивит (в том смысле, что последствия неизбежной для ограниченного субъективизмом человека некоторой фальши сказываются на результате деятельности, не обесценивая его на основе применения принципа «практика — критерий истины»).

Соответственно претендующий быть философом — претендует на то, чтобы быть изготовителем «камертона» для науки в целом: это — деятельность безусловно необходимая, но требующая от человека широты кругозора и определённых личностно-психоло­гичес­ких качеств.

Если же философский камертон фальшивит, то под гнётом мнений такой философии вместо объективной науки получится что-то аналогичное описанному И.А.Крыловым в басне “Квартет”. Поэтому философия очень значима для общества, и потому её нельзя отдавать на откуп разного рода «гуманитолухам» — заведомым прохиндеям-карьеристам и искренним «полимундистам», которые вследствие дефективности их психики не в силах освоить математику и, как следствие, — достижения естествознания, на основе принципа «практика — критерий истины»…

*         *         *

Что касается нашего философского камертона, то в краткой тезисной форме он может быть выражен так:

 1.    Практика — критерий истины.

 2.    Нравственность обуславливает взаимоотношения разумных субъектов в диапазоне от полного отрицания до полной взаимоотдачи.

 3.    В соответствии с п. 1 и п. 2: Бог есть, и Он — Творец и Вседержитель.

 4.    Жизнь (Мироздание и Бог) во всех её аспектах познаваема адекватно ей самой в русле Вседержительности, что подтверждается п. 1.

 5.    Мироздание (включая и физический вакуум) объективно существует и материально. Вся материя во всех её устойчивых агрегатных состояниях и переходных формах (разнородные излучения материальных объектов) является носительницей объективно существующих информации и меры. Т.е. Мироздание и его фрагменты — триединство материи-инфор­мации-меры:

Ψ   мера представляет собой численную определённость — количественную и порядковую;

Ψ   по отношению к материи мера представляет собой матрицу её возможных состояний и переходов из одних состояний в другие;

Ψ   по отношению к информации мера представляет собой систему кодирования информации.

Более обстоятельно о нашем философском камертоне см. работу “Диалектика и атеизм: две сути несовместны”.

*                   *
*

Понятно, что выраженный выше философский камертон, не совпадает с философскими камертоном атеистической науки, а также с философскими камертонами разного рода «полимундистов». Это несовпадение и позволяет увидеть в науке, культивируемой РАН, фальшь — зёрна лженауки и лженауку как таковую.

 5. Лженаука в РАН: факты

Рассмотрение этой темы будем вести в порядке убывания тяжести последствий ошибок, допускаемых частными науками. Т.е. будем продвигаться от психологии к естествознанию и его прикладным аспектам.

Также надо пояснить, что, поскольку людям в силу их собственного субъективизма и наследования ошибок прошлых поколений через исторически сложившуюся культуру свойственно ошибаться, то ошибки в науке тоже неизбежны. Одна из наиболее тяжёлых ошибок науки — когда она в упор не видит очевидного, подчас обладающего настолько большой значимостью, что если это увидеть и осмыслить, то под воздействием такого осмысления способны рухнуть целые научные школы и отрасли науки, сложившиеся в прошлом, вследствие чего и все производные от них и обусловленные ими отрасли деятельности тоже рухнут либо изменят своё качество.

И поскольку ошибки в науке неизбежны, то здравость науки характеризуется не столько статистикой генерации новых ошибок, сколько продолжительностью жизни возникших в прошлом ошибочных теорий в целом и ошибочных мнений по тем или иным конкретным частным вопросам:

·    Если ошибочные теории и мнения живут долго, культивируются, а их опровержения замалчиваются, отвергаются без рассмотрения по существу и, в свою очередь, — “опровергаются” на основе целенаправленного подбора соответствующих фактов и исключения из рассмотрения фактов иного рода и прямого подлога, — то тем самым под видом науки культивируется лженаука.

·    Если ошибочные мнения и теории ревизуются и выводятся из употребления и системы образования сразу же по обнаружении фактов, которые в них «не лезут», вследствие чего рождаются более общие и адекватные жизни теории, то это — нормальный естественный процесс развития науки и показатель её нравственно-этической и интеллектуальной здравости.

5.1. Психология

Легитимная в РАН психология — это как раз тот случай, когда якобы объективная наука в упор не видит очевидного и занимается разнородным графоманством, вследствие чего становится лженаукой. Поэтому, чтобы показать лженаучность психологии, поговорим об очевидном и доступном для понимания на основе общеизвестных фактов.

Человек от всех прочих биологических видов в биосфере Земли отличается тем, что структура его психики генетически не запрограммирована однозначно, а является продуктом личностного развития как под воздействием внешних обстоятельств, так и на основе его собственного разумения.

Если вспомнить общешкольный курс биологии, известный всем, и заглянуть в собственную психику, то можно утверждать, что информационно-алгорит­ми­ческое обеспечение поведения человека включает в себя: 1) врождённые инстинкты и безусловные рефлексы (как внутриклеточного и клеточного уровня, так и уровня видов тканей, органов, систем и организма в целом), а также и их оболочки, развитые в культуре; 2) традиции культуры, стоящие над инстинктами; 3) собственное ограниченное чувствами и памятью разумение; 4) «Инту­и­цию вообще» — то, что всплывает из бессознательных уровней психики индивида, приходит к нему из коллективной психики, является порождением наваждений извне и одержимости в инквизиторском понимании этого термина; 5) водительство Божье в русле Промысла, осуществляемое на основе всего предыдущего, за исключением наваждений и одержимости как прямых вторжений извне в чужую психику вопреки желанию и осознанной воле её обладателя.

В психике всякого индивида есть возможное или действительное место всему этому. Но есть и то, что выделяет человечество из биосферы планеты, однако на это господствующие ныне биология, психология и социология внимания не обращают, и потому об этом не пишется ни в школьных, ни в вузовских учебниках. Суть этого умолчания состоит в том, что названные выше компоненты могут быть по-разному упорядочены, порождая различные типы структуры личностной психики, вследствие чего всякая особь биологического вида «Человек разумный» может быть носителем одного из четырёх более или менее устойчивых в течение взрослой жизни типов строя психики:

·    Животный тип строя психики — когда всё поведение особи подчинено инстинктам и удовлетворению инстинктивных потребностей, не взирая на обстоятельства.

В животном типе психике можно выделить одну социально значимую модификацию: скотский тип строя психики.

Его специфичность можно понять из пословицы «волка ноги кормят» и из житейского наблюдения — «а скотину хозяин кормит». Без хозяина скотина, будучи предоставлена сама себе и обстоятельствам, большей частью погибает, меньшей частью дичает и возвращается к адекватной для самостоятельной жизни в биоценозах организации психики, после чего её тоже начинают «кормить ноги». Но и при хозяине, поскольку в скотском типе всё подчинено инстинктам, то индивид со скотским типом строя психики ориентирован на получение максимума физиологических удовольствий при минимуме работы.

Поэтому, когда на скотский тип строя психики накладываются притязания обладать всей полнотой прав человека, то «на выходе» получается весьма агрессивно-паразитический антисоциальный тип — ему все и всё должны, но он сам никому и ни чем не обязан и ничего не должен. Вследствие этого за ним остаётся полоса разрухи, а одно из удовольствий для него — напакостить окружающим. Однако если его предоставить самому себе и обстоятельствам на продолжительное время, то в них он являет свою полную недееспособность и либо погибает, либо (хотя бы на некоторое время — до нового изменения обстоятельств) перестаёт быть скотом.

Сами носители скотского типа строя психики всего этого за собой могут не признавать. Но когда этого не осознаёт психологическая наука и государственные деятели, то проведение в жизнь концепции не знающей исключений и общих для всех «прав человека» способно ввергнуть общество в катастрофу культуры с тем большими шансами, чем последовательнее власть проводит в жизнь политику защиты «прав человека» или поддаётся давлению извне на эту тему.

·    Строй психики биоробота, «зомби» — когда в основе поведения лежат культурно обусловленные автоматизмы, а внутренний психологический конфликт «инстинкты — культурно обусловленные автоматизмы» в поведенческих ситуациях в большинстве случаев разрешается в пользу культурно обусловленных автоматизмов. Но если изменяющиеся общественно-исторические обстоятельства требуют отказаться от традиционных в той или иной культуре норм поведения и выработать новые, то «зомби» отдаёт предпочтение сложившейся традиции и отказывается от возможности творчества.

·    Демонический строй психики характеризуется тем, что его носители способны к творчеству и волевым порядком могут переступить и через диктат инстинктов, и через исторически сложившиеся нормы культуры, вырабатывая новые способы поведения и разрешения проблем, возникающих в их личной жизни и в жизни обществ. Будет ли это добром или злом в житейском понимании этих явлений окружающим — зависит от их реальной нравственности. Обретая ту или иную власть в обществе, демонизм требует безоговорочного служения себе, порождая самые жестокие и изощрённые формы подавления окружающих. Один из наиболее изощрённых вариантов проявления принуждения окружающих к добродетельности, в качестве образца поведения, привёл Ф.М.Достоевский в “Селе Степанчиково и его обитателях” (Фома).

·    Человечный строй психики характеризуется тем, что каждый его носитель осознаёт миссию человека — быть наместником Божиим на Земле. Соответственно этому обстоятельству он выстраивает свои личностные взаимоотношения с Богом по Жизни и осмысленно, волевым порядком искренне способствует осуществлению Божиего Промысла так, как это чувствует и понимает. Обратные связи (в смысле указания на его ошибки) замыкаются Свыше тем, что человек оказывается в тех или иных обстоятельствах, соответствующих смыслу его молитв и намерений. Иными словами Бог говорит с людьми языком жизненных обстоятельств.

Для человечного строя психики нормальна — неформальная, внедогматическая и внеритуальная вера Богу по жизни и действие в русле Промысла Божиего по своей доброй воле, т.е. для человека нормально язычество в Единобожии. Доказательства Своего бытия Бог даёт всем и каждому в диалоге с ним персонально тем, что отвечает молитве изменением жизненных обстоятельств в соответствии с её смыслом, либо так или иначе даёт понять, почему просимое не может быть исполнено. То есть:

Бытие Бога — не вопрос веры в то, что Бог есть либо в то, что Бога нет: это вопрос нравственно обусловленного осмысления своей личной религиозной практики и знание, практически подтверждаемое в повседневности жизни в диалоге с Богом. То есть и в данном случае тоже — «практика — критерий истины».

Ещё один тип строя психики люди породили сами.

·    Опущенный в противоестественность строй психики — когда субъект, принадлежащий к биологическому виду «Человек разумный», одурманивает себя разными психотропными веществами: алкоголем, табаком и более тяжёлыми наркотиками наших дней. Это ведёт к противоестественному искажению характера физиологии организма как в аспекте обмена веществ, так и в аспекте физиологии биопσля, что имеет следствием множественные и разнообразные нарушения психической деятельности во всех её аспектах (начиная от работы органов чувств и кончая интеллектом и волепроявлением)[21], характерных для типов строя психики животного, зомби, демонического (носители человечного типа строя психики не одурманивают себя). Так человекообразный субъект становится носителем организации психики, которой нет естественного места в биосфере, и по качеству своего не отвечающего складывающимся обстоятельствам поведения оказывается худшим из животных[22] (тем более, если он носитель скотского типа психики и преисполнен самомнения о том, что он — человек, и возможно — выдающийся). И за это нарушение им самим Свыше предопределённого для него статуса в биосфере Земли он неотвратимо получает воздаяние по Жизни.

При этом если у субъекта возникает зависимость от дурманов, то он обретает стойкое искажение своего биополя. И соответственно, по параметрам своего духа он перестаёт принадлежать к биологическому виду «Человек разумный». Кроме того, большинство дурманов являются генетическими ядами, т.е. они нарушают работу хромосомного аппарата и разрушают хромосомные структуры тех, кто их принимает в свои организмы. Дефективные хромосомные структуры передаются потомству, что так или иначе подрывает их здоровье, потенциал личностного развития и творчества. Это тем более имеет место, если зачатие происходит до того, как системы восстановления хромосомных структур, действующие в организме, успевают исправить повреждения. Но если генетические яды поступают в организм слишком часто и в таких количествах, что системы восстановления хромосомных структур организма не успевают исправлять все повреждения, то потомство просто обречено на вырождение.

Именно эти обстоятельства и позволяют назвать этот тип строя психики, — порождённый самими людьми и воспроизводимый культурой общества, — опущенным в противоестественность.

Тип строя психики может меняться в течение жизни в процессе личностного развития (а равно и деградации) и быть устойчивым на протяжении некоторого продолжительного периода времени. Но тип строя психики может быть и неустойчивым, т.е. меняться под воздействием обстоятельств даже по нескольку раз на день.

При этом все знания и навыки, которые несёт личность, являются своего рода «при­да­ным» к типу строя психики: т.е. знания и навыки сами по себе тип строя психики не характеризуют, а одни и те же знания и навыки могут быть достоянием носителей разных типов строя психики.[23]

Тип строя психики изначально обусловлен воспитанием, т.е. недостижение личностью к началу юности необратимо человечного типа строя психики — результат порочности культуры общества и неправедного воспитания со стороны родителей.

Поэтому, будучи взрослым и осознавая этот факт, индивид способен перейти от любого типа строя психики к человечному — основе для дальнейшего личностного и общественного развития; индивид способен осознавать при каком типе строя психики он действовал в тех или иных обстоятельствах в прошлом, при каком типе строя психики пребывает в текущий момент времени; индивид способен предпринимать целенаправленные действия для того, чтобы перейти к необратимо человечному типу строя психики, и Бог поможет ему в такого рода усилиях.

Соответственно здоровое общество является носителем такой культуры, в которой:

·    человечный тип строя психики признаётся единственно нормальным для всякого индивида, начиная с подросткового возраста (когда пробуждаются половые инстинкты);

·    за редкими исключениями все достигают необратимо устойчивого человечного типа строя психики к началу юности.

Психология, претендующая быть наукой, в культуре Запада начала складываться со второй половины XIX века, и на протяжении всего этого времени занимается графоманством, не замечая и не понимая сказанного выше.

Но и это не всё. Главный, а по существу исходный вопрос психологии как науки состоит в следующем:

Самодостаточен ли человек в способности к выборке из потока событий Жизни информации, и прежде всего — «первич­ной»[24] информации, либо же нет?

Выбор одного из двух ответов на него по своему существу есть выбор одного из двух классов теорий, описывающих становление психики и психическую деятельность человека.

Это так, поскольку вся субъективная психическая деятельность начинается только после того, как «первичная» информация стала достоянием психики субъекта; если информации нет — психика пуста: нет личности, нет человека.

Каждый из двух вариантов ответа на поставленный вопрос порождает два взаимно исключающих мнения о возможностях человека в этом Мире:

·    Если попадание информации (в том числе и «первичной») в психику полностью обусловлено самой этой психикой и здоровьем организма, то субъект объективно имеет возможность идти по Жизни куда и как хочет.

·    Если же попадание информации, и, прежде всего, — «пер­вич­ной», обусловлено не только психикой и здоровьем организма, но и неподвластными субъекту объективными процессами, включая и прямое распределение информации Богом Вседержителем, то:

Ψ   есть области, куда одному субъекту будет позволено идти в его личностном развитии предоставлением ему соответствующей информации;

Ψ   а другой субъект при всём его рвении не сможет войти в те же области, будучи лишён необходимого информационного обеспечения; не сможет войти в них, по крайней мере до тех пор, пока в результате исключительно своей психической деятельности не изменит в себе самом нечто, после чего ему извне будет предоставлен доступ к соответствующему информационному обеспечению пути и деятельности.

И такого рода различия возможностей субъектов в получении доступа к определённой информации объективны, хотя во многом они обусловлены субъективизмом каждого — его осмысленным отношением к становлению его личности и его отношением к обществу и Жизни в целом.

Но за единичными исключениями все публичные («экзоте­ри­чес­кие») психологические школы Востока и Запада этого вопроса и выводов, сопутствующих каждому из ответов на него, не видят. А по умолчанию они большей частью исходят из того, что человек самодостаточен в способности к выборке информации из потока событий Жизни.

Коран же сообщает, что способность выделять информацию из общего информационного фона, а в более широком смысле — различать объективные разнокачественности, — непосредственно даётся Богом каждому человеку по его нравственности, предопределяющей его целеустремлённость: «О те, которые уверовали! Если вы будете благоговеть перед Богом, Он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Бог — обладатель великой милости!» (8:29[25]). И соответственно этому кораническому уведомлению Бог — Вседержитель, и никто из воли Божией выйти не может, поскольку для такого выхода ни у кого нет соответствующего информационно-алгоритмического обеспечения.

Понятно, что ни один из ответов на исходный вопрос психологии не может быть никому навязан в качестве его личного мнения.

Но, не видя этого вопроса и не обосновав своего определённого мнения в ответе на него, не видя и не признавая различий индивидов по типам строя психики, “психология” может быть только графоманствующей лженаукой, знающей кое-какие факты и зависимости, что позволяет ей улавливать в свои сети бездумных субъектов, верующих в сертификаты об интеллектуальной мощи носителей учёных степеней и званий и склонных к тому, чтобы разного рода «психтехнологиями» подменить живое человеческое общение.

5.2. Политология: история и международные отношения

Всё же надо признать, что задача политологии, включающей в себя историю и аналитику международных отношений современности, — не регистрация фактов, археологических и архивных находок. Это всё необходимо, но наука не может заканчиваться регистрацией — требуется ещё и осмысление выявленной фактологии. Помимо владения фактологией прошлого и настоящего история и аналитика текущих международных отношений должны выявлять цели субъектов политики и средства достижения этих целей.

Если с этими требованиями согласиться, то придётся сделать вывод, что и политология во всех её лицах, признаваемая РАН легитимной и научно состоятельной, по существу является лженаукой, поскольку за века своего существования историческая наука академий, во-первых, не выявила политическую доминанту глобального исторического процесса и, во-вторых, не дала ей своей оценки.

Исторически реально, что облик современной глобальной цивилизации определяет техносфера, созданная на основе науки региональной цивилизации Запада в последние 3 — 4 столетия. Культура Запада на протяжении более чем двух последних тысячелетий формировалась под воздействием Библии. В результате все что-то слышали о десяти ветхозаветных заповедях и о Нагорной проповеди Христа, многие живут во власти мнения, что источником нравственности и всего благодетельного в истории нынешней глобальной цивилизации является Библия. Саму же Библию как таковую прочла весьма малая доля населения, а ещё меньшая доля при чтении соотносила её с реальной историей и текущей политикой. Если же читать Библию, соотнося её с историческим прошлым и текущей политикой, стσя на позициях достаточно общей (в смысле универсальности приложений) теории управления, то откроется, что Библия является источником если не всех, то большинства наиболее тяжёлых бедствий в истории нынешней цивилизации человечества вследствие того, что её социологическая доктрина представляет собой средство порабощения человечества от имени Бога. Обратимся к Библии[26]:

 «Не отда­вай в рост бра­ту твое­му (по кон­тек­сту еди­но­пле­мен­ни­ку-иу­дею) ни се­реб­ра, ни хле­ба, ни че­го-ли­бо дру­го­го, что воз­мож­но от­да­вать в рост; ино­зем­цу (т.е. не иу­дею) от­да­вай в рост, что­бы гос­подь бог твой (т.е. дья­вол, ес­ли по со­вес­ти смот­реть на су­ще­ст­во ростовщи­ческого паразитизма: поэтому слова «господь» и «бог» в приводимой нами тематической подборке цитат везде написаны не с заглавной буквы) бла­го­сло­вил те­бя во всём, что де­ла­ет­ся ру­ка­ми твои­ми на зем­ле, в ко­то­рую ты идешь, что­бы овла­деть ею» (по­след­нее ка­са­ет­ся не толь­ко древ­но­сти и не толь­ко обе­то­ван­ной древ­ним ев­ре­ям Па­ле­сти­ны, по­сколь­ку взя­то не из от­че­та о рас­шиф­ров­ке един­ст­вен­но­го свит­ка, най­ден­но­го на рас­коп­ках, а из со­вре­мен­ной, мас­со­во из­дан­ной кни­ги, про­па­ган­ди­руе­мой все­ми Церк­вя­ми и ча­стью “ин­тел­ли­ген­ции” в ка­че­ст­ве веч­ной ис­ти­ны, дан­ной яко­бы Свы­ше), — Второза­коние, 23:19, 20. «…и бу­дешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы [и будешь гос­под­ство­вать над мно­ги­ми на­ро­да­ми, а они над то­бой гос­под­ство­вать не бу­дут].[27] Сделает тебя господь [бог твой] главою, а не хвостом, и будешь только на высоте, а не будешь внизу, если будешь повиноваться заповедям господа бога твоего, которые заповедую тебе сегодня хранить и исполнять, и не отступишь от всех слов, которые заповедую вам сегодня, ни направо ни налево, чтобы идти во след иных богов и служить им», — Вто­ро­за­ко­ние, 28:12 — 14[28]. «То­гда сы­но­вья ино­зем­цев (т.е. по­сле­дую­щие по­ко­ле­ния не-иу­де­ев, чьи пред­ки влез­ли в за­ве­до­мо не­оп­лат­ные дол­ги к пле­ме­ни рос­тов­щи­ков-еди­но­вер­цев) бу­дут стро­ить сте­ны твои (так ны­не мно­гие се­мьи ара­бов-па­ле­стин­цев в их жизни за­ви­сят от воз­мож­но­сти по­ез­док на ра­бо­ту в Из­ра­иль) и ца­ри их бу­дут слу­жить те­бе (“Я — ев­рей ко­ро­лей”, — воз­ра­же­ние од­но­го из Рот­шиль­дов на не­удач­ный ком­пли­мент в его ад­рес: “Вы ко­роль ев­ре­ев”); ибо во гне­ве мо­ём я по­ра­жал те­бя, но в бла­го­воле­нии мо­ем бу­ду милостив к те­бе. И бу­дут от­вер­зты вра­та твои, не бу­дут за­тво­рять­ся ни днём, ни но­чью, что­бы бы­ло при­но­си­мо к те­бе дос­тоя­ние на­ро­дов и при­во­ди­мы бы­ли ца­ри их. Ибо на­ро­ды и цар­ст­ва, ко­то­рые не за­хо­тят слу­жить те­бе, по­гиб­нут, и та­кие на­ро­ды со­вер­шен­но ис­тре­бят­ся», — Иса­ия, 60:10 — 12.

Иерархии всех якобы-Хри­сти­ан­ских Церк­вей, включая и иерархию так называемого “Православия” в России, на­стаи­ва­ют на свя­щен­но­сти этой мер­зо­сти, а ка­нон Но­во­го За­ве­та, про­шед­ший цен­зу­ру и ре­дак­ти­ро­ва­ние ещё до Ни­кей­ско­го со­бо­ра (325 г. н.э.)[29], про­воз­гла­ша­ет её от име­ни Хри­ста, безо всяких к тому оснований, до скон­ча­ния ве­ков в качестве благого Божьего Промысла:

«Не ду­май­те, что Я при­шёл на­ру­шить за­кон или про­ро­ков[30]. Не на­ру­шить при­шёл Я, но ис­пол­нить. Ис­тин­но го­во­рю вам: до­ко­ле не прей­дёт не­бо и зем­ля, ни од­на ио­та или ни од­на чер­та не прей­дёт из за­ко­на, по­ка не ис­пол­нит­ся всё», — Матфей, 5:17, 18.

При признании священности Библии и убеждённости в неизвращённости в ней Откровений Свыше, расово-“элитарная” доктрина “Второзакония-Исаии” становится главенствующей политической доктриной в культуре библейской цивилизации, а Новый завет программирует психику паствы церквей имени Христа на подчинение заправилам библейского проекта порабощения всех:

«… не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду», — Матфей, 5:39, 40. «Не судите, да не судимы будете» (т.е. решать, что есть Добро, а что Зло в конкретике жизни вы не в праве, и потому не противьтесь ничему), — Матфей, 7:1.

Это конкретный смысл Библии, и именно этим смыслом управляется вся библейская цивилизация. Всё остальное в социологической доктрине Библии — мелочи и сопутствующие этому обстоятельства.

В результате в библейской цивилизации складывается своеобразная система внтурисоциальных взаимоотношений, проникающая во все её государства и национальные общества, признающие Библию священной или хотя бы безразлично-терпимо к ней относящиеся:

 1.    Высший уровень иерархии — заправилы проекта, предпочитающие избегать публичности в своей деятельности.

 2.    Второй уровень иерархии — законопослушные иудеи, на которых возложена миссия непосредственного управления в регионах, где есть диаспоры евреев.

 3.    Низший уровень — исповедующие традиционное христианство в одной из его модификаций на основе канона Нового завета и традиции истолкования Библии для неиудеев[31], а также атеисты и представители прочих вероисповеданий, не имеющие за душой альтернативных глобальных проектов.

 4.    Плюс к этому — «соединительная и нервная ткань» системы, связывающая её компоненты воедино и обеспечивающая их взаимодействие — масонство, действующее на основе принципов:

Ψ   каждый в меру посвящения работает на то, что понимает, а в меру непонимания — на тех, кто посвящён в высшие, чем он степени, и на тех, кто понимает больше вне зависимости от наличия посвящения или его отсутствия;

Ψ   неукоснительное подчинение и ответственность носителей низших степеней перед высшими.

При этом степени с 1 по 33 могут получить все, с 34 по 66 — только иудеи, с 67 и выше — только раввины. Принадлежность к высшим степеням в каждом разряде требует в большинстве случаев (хотя могут быть и исключения) наследственной принадлежности претендента к системе. Такая расово-клановая фильтрация и требование наследственной принадлежности являются достаточно надёжным заслоном от продвижения внедрённой в масонство антимасонской агентуры на руководящие посты в системе на протяжении жизни одного поколения, о чём концептуально безвластные борцы с «жидомасонским заговором» (в котором и «жиды», и масоны — всего лишь «фигуры», устроенные несколько сложнее, чем шахматные) не задумываются (а у концептуально властных людей, не приемлющих библейский проект, в такого рода проникновении в его структуры с целью возглавить и изменить направление и характер деятельности — нет потребности).[32]

И для того, чтобы в обществе не формировались представления о системной целостности и определённой целесообразности библейской культуры, ни академические монографии и многотомники, ни учебники истории ничего внятного о масонстве не сообщают, чем извращают представления большинства о течении истории и современной им политики.

При этом есть одно обстоятельство, весьма неприятное для имиджа РАН и ВАК, как, в прочем, и для организации науки в других странах, где развита иерархическая система персональных учёных степеней и званий. Эта публичная иерархия учёных степеней и званий по принципам своего построения идентична непубличной иерархии масонских посвящений:

Ψ   честолюбие толкает множество людей подняться выше по иерархии;

Ψ   честолюбцев с распростёртыми объятиями встречает система отбора, их поощрения и подготовки к продвижению на очередную ступень иерархии;

Ψ   успешное прохождение церемониальной процедуры приёма в корпорацию носителей очередного ранга в иерархии (посвящение в масонстве; защита диссертации в науке, тема которой в подавляющем большинстве случаев определяется «научными руководителями») обособляет прошедших тестовую процедуру от иерархически низших.

Вследствие этого публичная система персональных учёных степеней и званий представляет собой удобную оболочку для прикрытия деятельности масонства как инструмента управления — в том числе и развитием науки.

В этом и состоит главная причина, вследствие которой легитимным в РАН исторической науке и аналитике современных международных отношений, не представляется возможным выявить библейскую доктрину скупки мира на основе иудейской монополии на ростовщичество и дать ей оценку по справедливости:

·    Библия — это фашизм, действующий на протяжении тысячелетий.

·    У этого фашизма есть хозяева, которые вовсе не стремятся к публичности и просвещению человечества на основе распространения Правды-Истины и адекватных жизни — т.е. объективно научных знаний.

Вследствие последнего лженаука в академиях наук неизбежна, поскольку главная задача “науки” в библейском проекте порабощения человечества — воспроизводить и поддерживать систему зависимости обществ от системы управления проектом, что наиболее надёжно обеспечивается распространением не вполне адекватных и заведомо неадекватных “научных” теорий. В случае распространения именно такой “науки”, если общество попытается вырваться из под власти заправил проекта, то они, могут предоставить общество самому себе на некоторое время и подождать, когда оно на основе рекомендаций имеющейся в нём “науки” создаст себе новые проблемы и усугубит старые. В результате возникновения неизбежного кризиса режим, не пожелавший быть подвластным «мировой закулисе» заправил библейского проекта, сменится вполне покорным ей режимом.[33]

Поэтому одна из задач академической исторической науки и прочих общественных наук в системе РАН состоит в том, чтобы охранять политику глобализации в соответствии с приведённой выше библейской доктриной порабощения человечества от имени Бога.

Чтобы это было удобнее делать, историческая наука и общественные науки разведены по разным отделениям РАН. Если же в обществе встаёт вопрос об образе Божием и смысле Его Промысла (во времена, когда нет культа беззастенчивого атеизма), то бог истинный — только тот, который вдохновил на написание Библии в её исторически сложившемся виде; если этот имидж “бога”, начинает быть неприемлемым для общества, то система осуществляет переход к культу беззастенчивого атеизма: Бога нет вообще, все россказни о нём — выдумки людей.[34] И все богословские вопросы исключаются из предметной области науки и компетенции академий наук — за якобы «объективным отсутствием предметной области исследований» и отсутствием «строгих научных критериев истины».

При этом политология во всех её лицах программирует общественное мнение на безальтернативное согласие с библейской политикой глобализации. Примеры такого рода программирования мы приведём ниже.

В статье “Масонство” в академическом издании — “Советском энциклопедическом словаре” (1986 г.) — читаем:

«МАСОНСТВО (франкмасонство) (от франц. franc macon[35] — вольный каменщик) религ.-этич. движение, возникло в нач. 18 в. в Англии, распространилось (в бурж. и дворянских кругах) во мн. странах, в т.ч. России. Назв., орг-ция (объединение в ложи), традиции заимствованы М. от ср.-век. цехов (братств) строителей-каменщиков, отчасти от ср.-век. рыцарских и мистич. орденов. Масоны стремились создать тайную всемирную орг-цию с утопической целью мирного объединения человечества в религ. братском союзе (выделено нами при цитировании). Наиб. роль играло в 18 — нач. 19 вв. С М. были связаны как реакц., так и прогрес. обществ. движения» (стр. 770).[36]

·    Т.е. с одной стороны, как бы признаётся, что задача, ради которой организовано масонство, — повсеместное управление глобальной политикой во всех её аспектах.

·    Но наряду с этим тут же говорится, что цель эта — утопическая, т.е. объективно не осуществимая, и что масонство как сколь-нибудь значимая политическая сила — осталось в прошлом.

Всё «подпёрто» авторитетом академического издания. Но если по существу, то ответ на вопрос, насколько цель — управлять глобальной политикой — утопическая каждый даёт сам в соответствии своими представлениями о том, что такое управление как таковое и как оно осуществляется в самых разнообразных конкретных случаях. Если же представлений об управлении как таковом у индивида нет[37], то ему остаётся только согласиться с мнением о том, что управлять глобальной политикой — это утопия и притязать на это — дело политических маньяков, подобных Гитлеру, но не «нормальных людей», к числу которых относят себя большинство читателей энциклопедий.

При этом Библия как основа проекта порабощения человечества всегда выводилась и выводится ныне из области историко-политической критики, но альтернативы ей всегда были под огнём критики академической науки. Так на Западе и в России есть некий круг работ из серии «про Коран и ислам», прошедших мировоззренческую цензуру иерархий академий наук и их закулисных мафий. Из этого круга работ в западной глобальной социологии (и исторической науке, как части социологии) принято черпать цитаты и мнения, якобы свойственные мусульманской культуре, но качественно расходящиеся с мнениями, высказанными в самих мусульманских источниках. Это относится даже к тем из них, которые доступны в переводах и не арабоязычному читателю.

Приобщилась к этой глобальной кампании создания предубежденного невежественного бессмысленного отрицательного отношения к Исламу и АН СССР в хо­де из­да­ния в 1950 — 60 гг. 12‑том­ни­ка “Все­мир­ная ис­то­рия”. В нём не найти ни слова о расистских бреднях и рабовладении в мировых масштабах цензоров и редакторов ветхо- и новозаветных Откровений, но Кораническому учению нагло приписываются рабовладельческие воззрения прямо противные смыслу стратегической Коранической доктрины общественной жизни, и сопровождается эта ложь неопределёнными (т.е. без указания аятов и цитирования) ссылками на Коран.

Обратимся к названному 12-томнику. Раздел “Основы идеологии раннего ислама”, главы VII “Аравия к началу VII в. Арабские завоевания и арабский халифат (VII — X вв.)”, том III, стр. 108 — 109 сообщает (вся орфография цитируемого источника сохранена):

«Ислам возлагал на верующих мусульман пять обязанностей («пять столпов ислама»): исповедание догмата единобожия и признание пророческой миссии Мухаммеда, выраженные в формуле «нет божества кроме бога (аллаха), и Мухаммед — посланник божий»[38], ежедневное совершение молитв по установленному обряду, отчисление заката (сбор 1/40 доли дохода с недвижимого имущества, стад и торговых прибылей) формально в пользу бедных. Фактически же в распоряжение арабо-му­суль­манского государства, соблюдение поста в месяце рамадане и паломничество в Мекку (хадж), обязательное впрочем, только для тех, кто был в состоянии его совершить. Учение ислама об ангелах, о страшном суде, о загробном воздаянии за добрые и злые дела, о дьяволе и аде было таким же, как и у христиан. В мусульманском раю верующим обещались всевозможные наслаждения.

Ислам предписывал мусульманам участие в священной войне (джихад) с «неверными». Учение о войне за веру и о спасительном значении участия в ней для душ верующих развивалось постепенно в процессе завоеваний. По отношению к иудеям и христианам (а позднее и к зороастрийцам) допускалась веротерпимость, однако при условии, что те подчинятся, станут подданными мусульманского (т.е. арабского) государства и будут платить установленные для них подати.

Священная книга мусульман — Коран («Чтение»), по учению ислама, существовала извечно и была сообщена богом Мухаммеду, как откровение. Речи Мухаммеда, выдаваемые им за «откровения от бога», записывались согласно преданию, его последователями. Эти записи в дальнейшем, несомненно, подвергались обработке. В Коран вошли также многие библейские сказания. Коран был собран в единую книгу, отредактирован и разделён на 114 глав (сур) уже после смерти Мухаммеда, при халифе Османе (644 — 656). Влияние мекканских рабовладельцев и купцов отразилось на их языке, и на идеях Корана. Слова «обмеривающие», «кредит», «долг», «лихва» и им подобные не раз встречаются в Коране. В нём оправдывается институт рабства. В основном идеология Корана направлена против общественных институтов первобытно-общинного строя — межплеменной борьбы, кровной мести и т.п., а также против многобожия и идолопоклонства.

В Коране есть специальная глава «Добыча», которая стимулировала в воине-арабе желание идти в поход: 1/5 военной добычи должна была поступать пророку, его роду, вдовам и сиротам, а 4/5 выделялись в раздел войску из расчёта: одна доля пехотинцу и три доли всаднику. Военная добыча состояла из золота, серебра, пленников-рабов, всякого движимого имущества и скота. Завоёванные земли не подлежали разделу и должны были поступать во владение мусульманской общины. Убитым на войне — «мученикам за веру» ислам обещал райское блаженство. Считалось, что в рабство можно обращать лишь иноверцев. Однако принятие ислама людьми, уже обращёнными раньше в рабство, не освобождало от рабства ни их, ни их потомков. Дети господ и рабынь, признанные своими отцами, считались свободными. Ислам разрешал мусульманину иметь одновременно до 4 законных жён и сколько угодно рабынь-наложниц.

Для начального ислама не существовало разницы между духовными лицами и мирянами, между мусульманской общиной и государственной организацией, между религией и правом. Сложившееся постепенно между VII и IX в. мусульманское право первоначально основывалось на Коране. К этом главному источнику права с конца VII в. Присоединился ещё и другой — предание (сунна), состоявшее из хадисов, то есть рассказов из жизни Мухаммеда. Много этих хадисов было сочинено в среде «сподвижников пророка» — мухаджиров и ансаров, а также их учеников. По мере того, как арабское общество развивалось и жизнь его становилась всё более сложной, выяснялось, что Коран и хадисы не дают ответа на многие вопросы. Тогда появились ещё два источника мусульманского права: иджма — согласованное мнение авторитетных богословов и правоведов и кыяс — суждение по аналогии.

Советские историки по-разному трактуют социальную основу раннего ислама. Согласно указанной выше первой концепции, в раннем исламе отразился процесс разложения первобытно-общинного строя и сложения рабовладельческого уклада в североарабском обществе. Только впоследствии, в связи с феодализацией арабского общества, ислам постепенно развился в религию феодального общества. Согласно же второй концепции, ислам с самого начала был идеологией раннефеодального общества, хотя более ярко социальная сущность его выявилась позже, после арабских завоеваний».

Вот такие похотливые и алчные мракобесы и агрессоры эти мусульмане, чуть ли не хуже нацистов, если верить академической науке времён СССР. И с той поры мало что изменилось в позиции политологии РАН.

Рассматриваемый академический 12-томник совершенно правильно сообщает, что “слова «обмеривающие», «кредит», «долг», «лихва» и им подобные не раз встречаются в Коране”. Однако он подло умалчивает о том, как они в нём упоминаются. Поэтому, чтобы показать подлость и заведомую лживость авторского коллектива этого 12-томинка[39] приведём некоторые выдержки из Корана.

Сура 2: «275(274). Те, которые издерживают свое имущество ночью и днём, тайно и явно, — им их награда у Господа их; нет страха над ними, и не будут они печальны! 276(275). Те, которые пожирают рост, восстанут только такими же, как восстанет тот, кого повергает сатана своим прикосновением. Это — за то, что они говорили: “Ведь торговля — то же, что рост” (в переводе Г.С.Саблукова: «лихва — то же, что прибыль в торговле»). А Бог разрешил торговлю и запретил рост. К кому приходит увещание от его Господа и он удержится, тому прощено, что предшествовало: дело его принадлежит Богу; а кто повторит, те — обитатели огня, они в нём вечно пребывают!

277(276). Уничтожает Бог рост и выращивает милостыню (в переводе Г.С.Саблукова: Бог выводит из употребления лихву, но лишшую силу <лучше: власть лихвы> дает милостыням). Поистине Бог не любит всякого неверного грешника. (277). Те же, которые уверовали, и творили благое, и выстаивали молитву, и давали очищение, — им их награда у Господа их, и нет страха над ними, и не будут они печальны!»

Из этого фрагмента можно понять, что приведённая выше библейская доктрина скупки мира на основе иудейской мафиозно-корпоративной монополии на ростовщичество в международных глобальных масштабах и порождаемая ею система долгового рабства расценивается в Коране безальтернативно как явное выражение сатанизма.

Ведётся в Коране речь и об обмеривании и обвешивании, но не так, как можно подумать в контексте приведённого фрагмента из академического 12-томинка:

 «Полностью соблюдайте меру и вес. Не снижайте людям в их вещах и не портите землю после её устройства. Это — лучше для вас, если вы верующие!» (Коран, 7:85).

«Не будьте как те, которые вышли из своих жилищ с гордостью и лицемерием пред людьми. Они отстраняют от пути Бога, а Бог объемлет то, что они делают» (Коран, 8:47).

В конце 1970‑х гг. преподавательница научного коммунизма в одном из ВУЗов, вследствие того, что её бывшие студенты-иностранцы, обучавшиеся в СССР, разъехавшись по разным странам и успев на родине стать даже министрами, продолжали поддерживать с нею отношения, знала в ряде случаев больше, нежели писали советские газеты и показывало телевидение. Как-то она рассказывала о визите в СССР во времена Брежнева одного из глав арабских государств, который без обиняков предложил руководству нашей страны: “Вы строите коммунизм, а мы строим социализм. Давайте строить коммунизм вместе под руководством Аллаха”.

Понятно, что такое предложение в культуре беззастенчивого атеизма, в которой пребывало руководство СССР, ничего кроме недоумения у него вызвать не могло и потому было им воспринято как вопиющая глупость, на которую ответить по существу невозможно. Такого рода предложения действительно были и остаются непонятными до настоящего времени, поскольку со времён Российской империи мера понимания руководства страны формируется на основе сведений, предоставляемых исторической наукой и официальным богословием в православной культуре.

Но если обратиться к Корану, будучи свободным от предубеждений, сформированных наукой и богословием традиционных конфессий (включая и исторически сложившийся ислам), то можно найти в нём социологическую доктрину, которая, во-первых, является альтернативой по отношению к приведённой выше библейской, и, во-вторых, обличает и ложь академической науки в приведённом фрагменте «Всемирной “истории”». И искреннее без предубеждений обращение к Корану проясняет источник происхождения упомянутого предложения одного из лидеров арабских стран советскому руководству в брежневские времена:

«... приходите к слову равному для нас и для вас, (...) чтобы одним из нас не обращать других из нас в господ помимо Бога» (3:57); «Вы были на краю пропасти огня, а Он спас вас оттуда. Так разъясняет вам Бог Свои знамения, — может быть вы пойдёте прямым путём! — и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы» (3:99, 100).

Это — царствие Божие на Земле, поддерживаемое сами людьми — заповедано в Коране. Более того, из этого видно, что вопреки тому, что сообщается в академическом 12-томнике, Коран не только не поощряет рабство[40], но возлагает бσльшую ответственность на тех, кто подчиняется господству одних людей над другими («чтобы одним из нас не обращать других из нас в господ помимо Бога») и не противится его установлению, а не на тех, кто сам рвётся к такого рода господству над людьми[41].

Другое дело, что исторически сложившийся ислам реально не живёт в соответствии с этими и многими другими кораническими заповедями, поскольку и “элита” исламского мира претендует на рабовладение от имени Бога, точно так же как и заправилы библейского проекта и “элиты” государств, сложившихся в библейской культуре.

И эта деградация ислама в обрядоверие, приспособленное к нуждам обслуживания своекорыстия “элиты”, во многом даёт основу для того, что в заведомую ложь академической науки о сути коранического Откровения многие верят.

Защита библейской доктрины порабощения человечества академической наукой — это стратегия в прошлом императорской АН, потом АН СССР, а ныне РАН. На уровне же тактики историки и прочие обществоведы АН угодничают перед каждым режимом настолько беззастенчиво, что, по мнению иностранцев, «Россия — это страна с непредсказуемым прошлым».

И дело не в том, что история якобы не познаваема вследствие того, что открываются новые свидетельства и артефакты, под давлением которых меняются представления о прошлом. Если бы дело было только в этом, то концепция исторического прошлого в конце концов обрела бы устойчивость и обогащалась только деталями. Дело — в другом: историки умышленно выпячивают одни факты и предают забвению другие, с какой целью даже фальсифицируют документы о прошлом, и делают они это, оказывая идейную поддержку очередному режиму, угодничая перед ним соответственно своим сиюминутным шкурным интересам.

Так ими слеплен миф о внезапности нападения фашистской Германии на СССР, чтобы обелить генералитет и лично Г.К.Жукова, который как начальник Генштаба в последнее предвоенное полугодие несёт персональную ответственность за катастрофу лета 1941 г. Возложение на СССР ответственности за расстрел 15 000 польских офицеров в 1941 г. в козельских и смоленских лагерях (так называемое “Катынское дело”) — фальсификат, который лепили под заказ “академика” А.Н.Яковлева (член Политбюро ЦК КПСС, “архитектор перестройки”). Иван Грозный и И.В.Сталин, а также и Л.П.Берия — наиболее оклеветанные фигуры отечественной исторической “наукой” из числа достаточно широко известных исторических личностей[42].

Но то, о чём сказано выше, — это только производство текстов, а есть ещё и иная деятельность АН — практического политического характера.

Чтобы показать антинародную роль Академии наук СССР как проводника глобальной политики в русле библейского проекта порабощения человечества обратимся от мнений исторической науки о событиях прошлого к конкретным фактам нашей истории.

Начало качественному отставанию СССР в области компьютерной техники и технологий и возникновению зависимости СССР (а потом и России) от Запада в этой области положили не «гонения на кибернетику» в конце 1940‑х — начале 1950‑х гг., а решение комиссии по вычислительной технике (ВТ) АН СССР и Государственного комитета по науке и технике СССР от 27 января 1967 г. под председательством академика А.А.Дородницына. Это решение обязывало разработчиков нового поколения отечественных ЭВМ принять архитектуру американских ЭВМ модельного ряда IBM‑360[43] «с целью возможного использования того задела программ, который можно полагать имеющимся для системы 360». Разработка и внедрение ЕС ЭВМ по своему существу представляли:

·    со стороны СССР — «пиратское» заимствование операционных систем ЭВМ США IBM‑360, IBM‑370 и их программного обеспечения;

·    а со стороны заправил глобальной политики, действовавших посредством США, — одну из крупнейших успешных макроэкономических и политических диверсий в истории.

Именно это — как бы непонятное по происхождению и мотивации — стратегически вредоносное решение комиссии по ВТ АН СССР и ГКНТ СССР от 27 января 1967 г. и проведение его в жизнь в общегосударственных масштабах пресекло в нашей стране развитие собственных научно-технических школ в компьютерной отрасли со всеми вытекающими из этого факта последствиями.

Потом — задним числом — все негативные последствия были списаны на «гонения на кибернетику» конца 1940‑х — начала 1950‑х гг. Хотя, если и искать причины этого отставания вне области разработок вычислительной техники как таковой, то они лежат не в «гонениях на кибернетику», а в неадекватности экономической науки СССР в вопросах макроэкономического регу­ли­ро­вания, в вопросах взаимосвязей и координации микро- и макро- уровней в народном хозяйстве государства-суперкон­церна, каковым по существу и был СССР с начала 1950‑х гг. до его уничтожения его же правящей “элитой” в 1991 г. Эта несостоятельность экономической науки СССР, во многом определившая характер и результаты деятельности Госплана и всей экономической жизни страны, создала предпосылки к принятию комиссией АН СССР по ВТ и Госкомитетом по науке и технике пагубного решения о копировании IBM-360, IBM-370.

Но если вспомнить о предназначении масонства в деле осуществления глобального управления в библейском проекте порабощения человечества, то такие задачи — как управление развитием науки и её отраслей в подконтрольных системе государствах — одно из назначений масонства.

Вследствие этого принцип «не пойман — не вор»[44] в данном случае не работает тем более, что исторически сложившиеся структуры организации науки и процедуры присвоения учёных степеней и званий аналогичны масонским, т.е. представляют собой их публичную разновидность, которая является следствием их происхождения из одного корня…

Но кто персонально из причастных к этому решению деятелей науки — недоумок, кто — масон, а кто услужливый карьерист-проходимец — исторические детали.

Что касается кибернетики как таковой, то теперь она признаётся РАН настоящей наукой, а не лженаукой, как её характеризовали в конце 1940 — начале 1950‑х гг.[45] Однако «кибернетика» — на момент публикации одноимённой книги Н.Винера в 1948 г. — была содержательно пустым «лэйблом», а не книгой, в которой впервые была выражена универсальная (в смысле возможностей её применения) теория управления[46]. После выхода “Кибернетики” в свет началась глобальная «пиар-кампания», в ходе которой под изначально пустой «лэйбл» — “кибернетика” — академическая и университетская наука разных стран «крышевала» все исследования в области процессов управления, придавая им легитимность либо отказывая в таковой. После устранения И.В.Сталина, во времена которого “кибернетика” однозначно оценивалась по её существу как «буржуазная лежнаука», в эту «пиар-кампанию» влилась и АН СССР, создав несколько институтов “кибернетики”.

В правомочности сказанного может убедиться каждый, если найдёт и прочитает саму книгу Н.Винера “Кибернетика”. В ней действительно можно найти много интересных сведений, но:

·    нет в ней описания процессов управления как таковых, их взаимопроникновения друг в друга;

·    нет в ней и понятийного аппарата, обладающего качеством полноты и взаимосвязности, который необходим для того, чтобы интерпретировать разнородные жизненные явления как процессы управления и самоуправления, выявлять управленческие проблемы, ставить и решать задачи управления;

·    нет в ней и методологии вхождения в практику управления на основе теории управления и философии, объединяющей теорию и практику.

И вопреки всем этим «нет» — АН СССР (а потом и РАН) возвела “кибернетику” в ранг настоящей науки, которую в прошлом «в условиях тоталитарной диктатуры» якобы незаслуженно отрицали.

Сказанное не означает, что универсальная в смысле возможностей её применения к решению разнородных задач теория управления не нужна либо, что её невозможно выразить, и потому её нет.

Сказанное означает только то, что кибернетика таковой теорией управления не являлась и не является. Она — только «лэйбл», под который на протяжении второй половины ХХ века масонская мафия, заправляющая академической наукой, «крышевала» все исследования управленческого характера в во всех отраслях деятельности общества, вследствие чего появились «техническая кибернетика», «медицинская кибернетика», «экономическая кибернетика». Естественно, что в результате этого “кибернетика” обрела какое ни на есть содержание, хотя так и не стала достаточно общей (в смысле универсальности применения) теорией управления. Но достаточно общая (в смысле универсальности применения) теория управления у нас — у России — всё же есть[47], хотя для её появления РАН не сделала ничего[48].

Так что отделение общественных наук и секция истории историко-филологического отделения РАН — культовая лженаука, назначение которой — распространять в обществе такую систему миропонимания, чтобы её носители были не властны над судьбами своих обществ и потому были бы гарантированно управляемы заправилами библейского проекта порабощения человечества на основе принципа «каждый в меру своего понимания работает на себя, а в меру непонимания и недоумения — на тех, кто понимает больше».

Прочие отделения и секции РАН этому содействуют. Как это делается, мы показали на примере ликвидации в СССР компьютерной отрасли под видом её якобы развития на основе достижений США. А более обстоятельно вопрос о порождении системы зависимости рабов от рабовладельцев рассмотрим на примере экономической науки и “экономической кибернетики”.

5.3. Экономика и “экономическая кибернетика”

Есть риторический вопрос к РАН:

Экономическая наука необходима для чего? — Не для того ли, чтобы обеспечить такое качество управления производительными силами общества и их воспроизводство в преемственности поколений, при котором в обществе нет системно обделённых и угнетаемых людей, а жизнь общества протекает в гармонии с биоценозами регионов проживания людей и хозяйственной деятельности и биосферой планеты в целом?

Если экономическая наука необходима обществу именно для этого, то:

·    где решение этой задачи?

·    и откуда берутся такие эпизоды, к которым причастны далеко не последние в рейтинге отечественные экономисты?

Эпизод первый.

Доктор экономических наук, профессор Г.Х.Попов[49] в 1988 г., выступая в программе “Взгляд” 1 канала Центрального телевидения СССР, заявил: “Я не понимаю этой фантасмагории, когда в стране всё есть, ресурсы есть, но не получается то, что надо”.

Эпизод второй.

Примерно в то же время академик А.Г.Аганбегян, выступая в программе “Про­жек­тор перестройки” (24 января 1988 г.), посвящённой вопросам отсутствия экономической отдачи от Байкало-Амурской магистрали, необходимость строительства которой была обоснована в том числе и экономической наукой, в ответ на реплику ведущего: “Общес­твенность привыкла верить науке”, — просто рассмеялся ему в лицо.

Кроме того, что этот смех был нагло-высокомерен, это произвело впечатление признания академика (в то время и главного редактора научно-популярного экономического журнала “ЭКО”) в том, что, экономическая наука не предвидит многих негативных для общества последствий даваемых ею государству рекомендаций, вследствие чего у общественности нет никаких оснований для того, чтобы бездумно полагаться на мнения такой науки.

Эпизод третий.

Письменные же признания такого рода в отечественной научной и публицистической литературе ещё более редки, чем случаи, когда кто-то из “светил” пробалтывается в теле- или радиоэфире по существу о несостоятельности академической экономической науки — о её профессионально шарлатанском характере. Удалось найти только одно такого рода письменное признание. Но зато оно принадлежит д.э.н., профессору А.Я.Лившицу[50]:

«…замечу: у нас есть только Кудрин[51]. А Кассандрина[52] нет. Того, кто мог бы точно угадывать нефтяные цены, курс доллара, “ЮКОСы” и всё остальное. Экономика, однако. Похожа на женщину. Её разве поймёшь?» [“А.Лившиц: Экономика похожа на женщину. Разве её поймёшь?”, “Финансовые известия”, 05.10.2005 г., приводится по публикации в интернете: http://www.finiz.ru/cfin/tmpl-art/id_art-952979].

Это высказывание А.Я.Лившица из серии «а сам-то понял, что сказал?» — вряд ли понял[53], а то бы не ляпнул такого:

По существу этим высказыванием А.Я.Лившиц, как ранее Г.Х.Попов и А.Г.Аганбегян, расписался в жизненной несостоятельности исторически сложившихся господствующих школ экономической науки, в их шарлатанстве и графоманстве, а также и в своей собственной несостоятельности в качестве учёного и советника практикующих политиков и бизнесменов.

Но, упомянув гражданина «Кассандрина», А.Я.Лившиц не стал вдаваться в рассмотрение вопроса о том, как самодовольная “элитаризовавшаяся” толпа носителей дипломов, учёных степеней и научных званий способна отреагировать на предъявленную им истину, отрицающую их профессиональную состоятельность в качестве экономистов, правомочность их дипломов и “элитарный” статус…

И потому есть основания полагать, что, поскольку Г.Х.Попов, А.Г.Аганбегян, А.Я.Лившиц и им подобные убеждены в собственной научной состоятельности, интеллектуальной и психической в целом адекватности, то, приди гражданин «Кассандрин» и начни излагать перед ними всё как есть, они же первыми, НЕ ВДАВАЯСЬ В СУТЬ ДЕЛА, объявят гражданина «Кассандрина» шарлатаном и сумасшедшим графоманом, напрочь позабыв о том, как троянцы осмеяли жрицу Кассандру и, как и, чем они за это расплатились.

Аналогичные по существу признания можно найти и у представителей западных школ экономической “науки”, которые, в отличие от отечественных экономистов, вполне осознают то, что пишут и говорят. Так лауреат нобелевской премии по экономике 1973 г. В.Леонтьев (1906 — 1998) приводит слова одного из президентов Экономического общества США[54]:

«… достижения экономической теории за последние два десятилетия как впечатляющи, так и красивы. Но нельзя отрицать, что есть что-то скандальное в зрелище такого количества людей, совершенствующих анализ состояния экономики, и при этом никак не объясняющих, почему та или иная ситуация возникает или должна была возникнуть… Это положение дел нужно признать неудовлетворительным и несколько нечестным» (Леонтьев В. “Экономическое эссе”. М. «Политиздат», 1990 г., стр. 268).

Выделенный нами жирным текст означает, что для экономической науки Запада экономические процессы и их последствия тоже (как и для А.Я.Лившица с Г.Х.Поповым и А.Г.Аган­бегяном) во многом непонятны, вследствие чего и непредсказуемы, по какой причине макроэкономические системы на её основе далеко не во всех случаях адекватно управляемы и не всегда могут быть введены в общественно приемлемый режим функционирования. Иными словами, положение дел в науке Запада просто нечестно (т.е. лживо) и неудовлетворительно, а смягчающие выражения (типа «несколько нечестно») уместны только на банкетах и фуршетах научных обществ. Высказанную выше оценку подтверждает и сам В.Леонтьев, хотя и в других словах:

«Финансовую и техническую поддержку они (речь идёт о помощи со стороны США и СССР развивающимся странам: наше пояснение по контексту — ВП СССР) получают как от русских, так и от нас. Но, что касается помощи в методах экономического планирования, то до сих пор ни одна из сторон не смогла оказать её в достаточных размерах. Мы можем дать им много мудрых советов, но мало методов, которым легко обучить и научиться, однако последнее и есть то, что им надо (всё в тексте цитаты выделено нами — ВП СССР); мудрость не так легко передаётся, и, кроме того, до сих пор ни один уважающий себя политик не признался в её отсутствии. От русских естественно ожидать, что они могут научить планированию, но по причинам, изложенным выше, пока им нечего предложить, кроме балансового метода, который хотя и ставит важные вопросы, но не даёт на них ответа» (там же, стр. 229).

После прочтения упомянутого сборника работ В.Леонтьева, написанных им за период более 50 лет, вывод можно сделать только один:

Западная наука ничем не может помочь России в повышении благосостояния её народов, поскольку не имеет методов пред­ска­зу­емого — заведомо благотворного — воздействия на объективное течение социально-экономи­че­с­ких процессов.

Но приведённые выше признания отечественных “экономистов” и В.Леонтьева — одного из немногих успешных в ХХ веке “заклинателей” «экономической стихии» — объективная данность, и они адекватны положению дел в легитимной исторически сложившейся экономической науке вне зависимости от субъективных намерений или бессознательных автоматизмов поведения названных и не названных её представителей.

Однако и при таких признаниях о несостоятельности развитых к настоящему времени на Западе экономических теорий, какие огласил В.Леонтьев, комитет по нобелевским премиям ежегодно с 1968 г. присуждает нобелевскую премию по экономике за наукообразное графоманство на экономические темы, «крышуя» тем самым экономическую лженауку в академиях наук и университетах разных государств мира.

Именно шарлатанско-графоманский характер легитимной экономической науки РАН и ВАК[55] и объясняет отсутствие благотворной экономической отдачи реформ в нашей стране, начиная с хрущёвских выкрутасов и кончая последними 20‑тью годами хозяйственной разрухи, оцениваемой многими как хорошо организованный экономический геноцид в отношении населения России. Своекорыстие чиновников, коррупция и т.п. — вторичны по отношению к несостоятельности социологии в целом и экономической “науки”, в частности.

При этом от признаний Г.Х.Попова и наглого смеха А.Г.Аганбегяна до признания А.Я.Лившица прошло 20 лет без малого. За это время экономические институты РАН и экономисты персонально истратили огромные суммы, полученные ими как из госбюджета, так и от частных заказчиков; за это время написано огромное количество статей и книг, включая учебники, защищено множество кандидатских и докторских диссертаций.

Спрашивается: Дармоеды из РАН и ВАК, где отдача?­ — Повторяем для “интеллектуалов” из секции экономики РАН и ВАК: практика — критерий истины, и соответственно — если в стране есть настоящая экономическая наука и система профессионального экономического образования, то в ней не может быть непреходящей десятилетиями хозяйственной разрухи.

—————

Этим можно было бы и ограничить раздел о состоянии экономической науки в РАН. Однако дипломированные в этой лженаучной традиции недоумки и лицемеры, будут настырно задавать вопросы типа: “А где альтернатива? Покажите нам, что альтернатива возможна? Дайте нам альтернативу”, — хотя как профессиональные экономисты они были обязаны сами уже давно разработать и сделать нормой в стандарте профессионального образования альтернативу господствующей в РАН экономической лженауке.

Ответ им прост:

В СССР была самая доступная в мире система высшего образования и как следствие — самый высокий в мире уровень образования населения. И потому каждый, кто хотел, мог обрести не только профессиональные знания, но и широкий кругозор, позволяющий выйти из своей узко профессиональной области и войти в рассмотрение предметной области иных наук — либо из интереса с целью дальнейшего расширения кругозора, либо для ревизии положения дел в них, если у него возникало ощущение, что в той или иной науке махрово цветёт шарлатанство.

Мы к началу 1980‑х гг. вышли из состояния почти всеобщего невежества первой трети ХХ века, когда кандидат наук воспринимался чуть ли не как ангел Божий, а академик — чуть ли не как сам Бог. В наши дни в стране есть достаточно хорошо образованные чувствующие жизнь и думающие люди, которые по своей инициативе входят в рассмотрение проблематики разных наук и в ряде случаев достигают результатов там, где РАН десятилетиями разводит графоманство пустоцветов[56]. Причём положение реально «круче», нежели его изобразил В.М.Шукшин в своей сказке “До третьих петухов”: многим людям не нужны ни «справки о том, что они умные» (за такой справкой в сказке послали Ивана Дурака), ни «печать мудреца», завладев которой Иван сказал, что теперь он и сам справки может давать…

Поэтому есть и те, кто вошёл в рассмотрение экономической проблематики, вследствие чего альтернатива легитимному в РАН псевдоэкономическому вздору в России тоже есть. Целью настоящей записки не является обстоятельное изложение этой альтернативы[57], тем не менее её исходные позиции кратко поясним.

Экономические теории могут строиться на основе двух подходов:

·    финансово-счётного либо

·    технологически-организационного, по существу — управленческого по отношению к демографии общества и технологиям, на основе которых удовлетворяются общественные потребности в разнородной продукции.

Со времён, когда физиократы ушли в науке Запада в историческое прошлое, там безраздельно доминирует финансово-счётный подход, который выражается во всех без исключения школах западной экономической “мысли”.

На первый взгляд финансово-счётный подход представляется более общим, поскольку якобы позволяет абстрагироваться от исторически обусловленной технико-техно­логической конкретики хозяйственной деятельности, которая в общественном объединении труда является уделом специалистов неэкономического профиля профессиональной подготовки. Соответственно экономическая наука на основе финансово-счётного подхода казалось бы способна обрести свободу от утилитарных особенностей той или иной эпохи, и казалось бы она способна быть основой для успешной экономической деятельности разных обществ, стоящих на разных ступенях культурно-исторического и технико-технологи­чес­кого развития. Однако исторически реально такого рода ожидания не оправдываются на протяжении нескольких столетий, а практика — критерий истины, т.е. финансово-счётный подход, абстрагировавший от конкретики жизни обществ и технологий, порочен.

В своём крайнем выражении финансово-счётный подход порождает идею рыночного либерализма:

Свободу частному предпринимательству: рынок сам всё отрегулирует наилучшим образом тем быстрее, чем меньше ему мешает государство со своими претензиями на власть надо всем и вся!

Из этого постулата проистекает и понимание задач экономической науки:

В компетенцию экономической науки должно входить — описание исторически сложившихся финансовых институтов и связанных с ними юридических процедур, чтобы, получив соответствующее образование, частные предприниматели могли бы действовать на рынке цивилизованным образом, а не быть “дикарями”.

Однако, как показывает опыт и постсоветской “Россионии”, и опыт других стран на протяжении многих десятилетий, тезис «рынок сам всё регулирует» имеет тенденцию реализовываться исключительно в смысле «социал-дарвинизма»: не способные к коммерческому успеху — не имеют права на существование. Эта тенденция в разных странах отчасти сдерживается разного рода нерыночными факторами, что и обеспечивает устойчивость подвластных либеральной идее обществ и спасает их от самоубийства — войны всех против всех за повышение своего персонального социального статуса и деградации общества в ходе этой войны.

Исторически реально, что всеобщего благоденствия осуществление в политике либерально-рыночной идеи человечеству не несёт, но зато создаёт ему массу проблем. Даже если вывести из рассмотрения расслоение на нищих и сверхбогатых индивидов и государств, остаётся множество проблем как внутрисоциального характера, так и общебиосферных (глобальный экологический кризис).

Дело в том, что всякая деятельность сопровождается сопутствующими эффектами. Если эта деятельность массовая, то и сопутствующие эффекты тоже носят массовый характер. И проблемы, порождаемые не внемлющим ничему рыночным либерализмом, состоят в том, что вследствие деятельности множества частных предпринимателей, озабоченных прежде всего прочего своим коммерческим успехом — любой ценой и не взирая ни на что,  возникают негативные последствия общественной в целом значимости, с которыми никто из частных предпринимателей не работает, поскольку работа с этими проблемами в условиях либерального рынка коммерчески не оправдана; кроме того, потребности в ресурсах, необходимых для разрешения этих проблем, во многих случаях на порядки больше, нежели объём ресурсов, подконтрольных большинству частных предпринимателей.

Поэтому на практике вопреки идеалу рыночного либерализма даже в самых что ни на есть декларативно-либеральных обществах и экономиках создаются государственные, частные и корпоративные фонды, из которых финансируется работа профессионалов с разнородными проблемами, порождаемыми политикой осуществления идеала рыночного либерализма в её чистом виде[58].

По существу это означает, что, нахлебавшись «выше крыши» всяких сопутствующих эффектов осуществления либерального идеала на практике, общество под давлением проблем, порождённых этими сопутствующими эффектами, под давлением обстоятельств — вынужденно — в каких-то аспектах своей жизни обращается к технологически-организационному подходу в работе с проблемами. Это называется на Западе «project management» — «управление проектами».

Чисто внешне это представляет собой своего рода «компенсационный механизм», который хотя и противоречит декларируемым принципам либерализма, но без которого либерализм реально существовать не может.

Соответственно этому либеральная идея как таковая в глобальной политике употребляется исключительно для оболванивания общественного мнения в странах, предназначенных к новому акту порабощения в ходе осуществления библейского проекта порабощения всего человечества.

“Элита” СССР поддалась этому оболваниванию без проблем, и академик А.Г.Аганбегян был одним из активных оболванивателей, поскольку в те годы возглавлял научно-популярный экономический журнал “ЭКО”, в котором лично писал всякую ахинею о том, как хорошо будет жить в СССР в результате успеха рыночных реформ. Правящая “элита” нынешней “Россионии”, несмотря ни на купленные ею, ни на честно полученные некоторыми настоящие дипломы докторов и кандидатов, — такая же дура в вопросах экономической науки и её приложений, как и “элита” СССР. Причём это в одинаковой мере касается как научной “элиты” Академии наук, так и “элиты” аналитиков КГБ — ФСБ и других спецслужб: всякое посвящение, приобщающее к очередному уровню в иерархии осведомлённости, лишает свободы и отчасти оболванивает, вследствие того, что обязывает к соблюдению без исключения всех норм корпоративности (включая мировоззренческие).

В целом же экономическая “наука”, выражающая финансово-счётный подход, реально работает на библейский проект порабощения человечества точно так же, как и политология (включая историю), психология и другие общественные науки, легитимные в западной якобы познавательной научной традиции. И ни к чему иному она не способна, поскольку создаёт ложные представления о характере сборки многоотраслевой производственно-потреби­тель­ской системы общества из множества разнородных предприятий, находящихся в разных формах собственности, а также и ложное представление о характере процессов управления и самоуправления в этой системе.

Т.е. жизненно состоятельная экономическая наука должна продолжать и развивать традицию физиократов (научную школу которых на Западе подавили к середине XIX  века), а для этого — выражать технологически-органи­заци­онный подход.

Практически это означает, что все теории, выражающие технологически-организационный подход, неизбежно строятся на основе реальных и модельных межотраслевых и межрегиональных балансов продуктообмена, с которыми связываются балансы финансового обмена. В исторически сложившейся традиции экономической науки балансовый метод получил название «затраты — выпуск» и разрабатывается по отношению к решению разных задач с начала 1920‑х гг. И хотя считается, что его создателем является В.Леонтьев, который посвятил этому методу практически всю жизнь, тем не менее первая публикация В.Леонтьева по этой тематике имела место только спустя несколько лет после того, как Госплан в СССР уже начал работать. А работа Госплана как таковая невозможна без опоры на какую-либо модификацию балансового метода: вопрос о форме представления баланса хотя и важен, поскольку форма определяет удобство работы, но не принципиален по отношению к содержанию самого метода и задачам, в которых он работоспособен. Однако нобелевская премия за метод «затраты — выпуск» была присуждена не Госплану СССР или кому-либо из его работников, а В.Леонтьеву, возможно потому, что он уехал из СССР сначала в Германию, потом в США. Это присвоение ему нобелевской премии за работу, в которой научный приоритет явно ему не принадлежал, — тоже из темы политиканства и «пиар»-кампанейщины вокруг науки как таковой.

Если же по существу, а не о проблеме первенства в науке, то В.Леонтьев в приведённом выше фрагменте его статьи отметил, что балансовый метод «хотя и ставит важные вопросы, но не даёт на них ответа». Однако, высказав это, В.Леонтьев не стал вдаваться в существо этих вопросов.

В нашем понимании это является следствием управленческой безграмотности В.Леонтьева. Он не был носителем какой бы то ни было версии достаточно общей (в смысле универсальности применения) теории управления, вследствие чего и не смог интерпретировать как управленческую ту проблематику, с которой сталкивался при работе на основе балансового метода. Соответственно, он был не в состоянии адекватно сформулировать и вопросы, о существовании которых упоминает, а не сформулировав их адекватно, — не смог дать на них и содержательного ответа: всякий вопрос уже содержит в себе все необходимые предпосылки к ответу на него, если он поставлен адекватно жизни — см. работу ВП СССР “Диалектика и атеизм: две сути несовместны”.

Балансовый метод сам по себе позволяет ответить на вопрос: “Каковы должны быть расходы ресурсов по отраслям при определённых технологиях для того, чтобы получить в качестве отдачи от производственной системы определённый спектр[59] продукции?”

И первый же вопрос, который встаёт перед тем, кто хотел бы воспользоваться балансовым методом: “А какой спектр продукции заказывать, т.е. чем этот спектр объективно обусловлен и каковы пределы возможностей его субъективного варьирования?”

Если перевести этот вопрос из терминологии «производства — потребления» в терминологию теории управления, то это — двоякий вопрос:

·    во-первых, об объективной обусловленности целеполагания и,

·    во-вторых, о субъективности выбора вектора целей из множества объективно возможных по отношению к производственно-потребительской системе общества, рассматриваемой как объект управления.

Ответ на этот вопрос можно дать и в терминологии исторически сложившегося понятийного аппарата экономической науки, т.е. в терминологии «производства — потребления»: надо выбрать «потребительскую корзину» и умножить её на численность населения. И хотя в умолчаниях всё равно остаётся вопрос “исходя из чего выбрать «потребительскую корзину»?”, но, если его не осознать,  может сложиться мнение, что достаточно общая теория управления для экономической науки не обязательна.

Однако вслед за этим вопросом достаточно общая теория управления обязывает дать ответ и на ряд других вопросов, которые просто невозможно сформулировать в исторически сложившейся терминологии экономической науки, тем более при финансово-счётном подходе. Это следующие вопросы:

·    В чём именно на выходе системы производства метрологически состоятельно (т.е. независимо от желания и мнения управленцев) выражаются её собственные шумы и помехи извне[60]?

·    В чём именно метрологически состоятельно выражается вектор ошибки управления[61]?

·    Предсказуемо ли поведение объекта в достаточной мере под воздействием внешней среды, собственных изменений, помех извне (включая и попытки перехвата управления им) и управляющего воздействия? И если предсказуемо, то как обеспечивается метрологическая состоятельность прогноза, т.е. как процесс прогностики связан с реальной жизнью?

Не ответив на эти вопросы, невозможно сформировать концепцию управления никаким объектом управления, в том числе производственно-потребительской системой общества, рассматриваемой в качестве объекта управления.

Но, не ответив на вопросы о предсказуемости поведения объекта и выражении вектора ошибки, не имея концепции управления, — невозможно сконструировать искусственный объект так, чтобы он обладал свойством управляемости (т.е. так, чтобы он поддавался управлению), а для объекта естественного происхождения — невозможно сконструировать адекватную систему управления им.

По отношению к исторически сложившимся общественным наукам, это означает многое — не имея представления об этих вопросах и не зная взаимосвязанных ответов на них:

·    Государство не в состоянии разработать демографическую политику и экономическую политику поддержки демографической политики, осуществление которых будет гарантировать воспроизводство здоровых поколений, экономическое благосостояние всех (а не “элитаризовавшегося” меньшинства, подчас этнически чуждого коренному населению) и развитие культуры в условиях гармонии общества и биосферы.

·    Законодатели не в состоянии разработать законодательство о хозяйственной и финансовой деятельности, отвечающее потребностям безопасного и устойчиво безкризисного общественного развития.

Столкнувшись с этими вопросами управленческого по их существу характера, самое время вспомнить об “экономической кибернетике”, которая, если верить энциклопедиям, представляющим кибернетику как науку об управлении, а не как буржуазную лженауку, уже давно должна была бы дать ответы на них: всё же кибернетика” существует более 50 лет и это вполне достаточный срок для того, чтобы предъявить результаты своей общественно полезной деятельности[62]. Но, увы… — она их так и не дала, чем и подтвердила свой пробуржуазно-паразитический — лженаучный — характер.

А кроме этого при технологически-организационном подходе возникает ещё ряд вопросов о построении жизненно состоятельной системы долгосрочного прогнозирования и планирования, которая в силу объективного наличия и плохо предсказуемого характера научно-технического прогресса, не может основываться на натуральном учёте ресурсов и продукции, как того требует технологически-организационный подход. Есть и вопросы о построении кредитно-финансовой системы и о её настройке на общественно приемлемый режим функционирования. И на эти вопросы ни “классическая” экономическая наука РАН, ни “экономическая кибернетика” тоже не знают ответов вследствие их управленческой и метрологической несостоятельности.

И хотя на эти и другие вопросы в материалах Концепции общественной безопасности даны ответы, официальная наука РАН — её обществоведение, её экономическая наука — на протяжении уже более, чем 10 лет — с 1994 г. — не проявляет к ним интереса: у них есть дела поважнее — в частности, вот надо с разгулом лженауки бороться, настоящие диссертации защищать, обмениваться мыслями с коллегами и просвещать народ и политиков, а для этого — писать статьи, «многографии» для специалистов и учебники для вузов, втираться в доверие к политикам…

5.4. Кое-что о положении в естествознании

Можно было бы ожидать, что в РАН с естествознанием — в силу его целенаправленно прикладного характера — особых проблем нет и быть не может. Ведь на основе неадекватных теорий и невоспроизводимых экспериментальных наработок невозможно создание принципиально новых видов техники и технологий. Хотя это действительно так, но если не мелочиться, то глобальный биосферно-экологический кризис был бы не возможен, если бы не “успехи” естествознания в его исторически сложившемся виде, поскольку природная среда загрязняется и губится большей частью продуктами технико-технологической деятельности цивилизации.

Фундаментальная наука как таковая, конечно, не несёт прямой ответственности, за то, как прикладники употребляют её достижения в тех или иных областях человеческой деятельности. Бσльшую долю ответственности за это несут вероучителя исторически сложившихся конфессий[63] и представители общественных наук, в чьей компетенции на протяжении веков находились такие вопросы, как 1) воплощение идеала человека в личностях представителей вступающих в жизнь новых поколений в процессе их воспитания и обучения 2) «благословение» конкретных форм организации жизни общества, включая и построение общественных институтов, сопряжённых с теми или иными видами деятельности (государства, церкви, искусств, науки).

Тем не менее, даже если общественная организация достигнет совершенства, вследствие чего из давления глобальной цивилизации на среду обитания человечества будет исключена такая составляющая, как неряшливость, безразличие, потребительские капризы в стиле «после нас — хоть потоп» и беззастенчивое скотство, то при нынешнем состоянии естествознания глобальный экологический кризис не может быть преодолён.

Дело в том, что переход к замкнутым жизненным циклам продукции[64] и при высочайшей культуре производства и потребления, которые должны свести к минимуму выброс в среду обитания разного рода техногенных продуктов (тем более заведомо вредных и потенциально опасных продуктов) — это ещё не всё, что необходимо для преодоления глобального экологического кризиса. Все замкнутые жизненные циклы продукции — это дополнительные затраты энергии на организацию и на технологии переработки и утилизации продукции, исполнившей своё назначение. Т.е. преодоление глобального экологического кризиса это, прежде всего, — переход к экологически допустимой первичной энергетике[65]. Поэтому не следует думать, что экологическая культура за­мкнутых технологий и замкнутых жизненных циклов изделий воз­можна без решения проблем экологически чистой, т.е. — биос­ферно допустимой энергетики.

При этом экология энергетики всякой технической цивилизации имеет три аспекта:

·    Загрязнение среды обитания продуктами распада энергоносителей и энергоустановок, изменяющее её химический состав точно так же, как и прочие техногенные загрязнители, на которых сосредоточено внимание подавляющего большинства экологистов.

·    Биосферно недопустимые излучения энергоустановок и энергопотребителей.

·    “Раскачка” естественно природных энергопотоков техногенными энергопотоками, которая сама по себе может привести к изменению климата, тектоники и разрушению современной биосфе­ры[66].

Реально это — проблемы глобальные. Выявить их детальность и разрешить всю проблематику без дальнейшего развития естествознания невозможно. Высказав эти общие положения, обратимся к рассматриваемому Бюллетеню № 1 “В защиту науки”. В нём справедливо отмечается:

«В последние полвека учёные настойчиво обращают внимание народов и правительств на опасность экологической катастрофы на нашей планете, причиной которой станет рост производства энергии и беспримерное увеличение населения Земли (только в ХХ в. оно выросло в четыре раза: от 1,6 млрд. до 6 млрд. человек). Две основные проблемы стоят сейчас перед человеческим сообществом: проблема энергии и проблема сохранения биосферы Земли. Обе эти проблемы взаимосвязаны и обе они не могут быть решены без участия науки. От решения первой из них зависит судьба нынешней цивилизации, от решения второй — сохранение вида homo sapiens. И для того одной только технологической мощи недостаточно.

Для поддержания жизни человек ежедневно потребляет с пищей ~ 2,5 тыс. ккал или ~ 107 Дж, т.е. средняя мощность жизнедеятельности человека составляет примерно 120 ватт. На протяжении тысячелетий этой энергии ему хватало, чтобы строить дома, растить детей, воевать. За счёт энергии ветра, рек и домашних животных человек увеличил свою мощность до ~ 0,5 кВт, к концу ХХ в. его мощность выросла до ~ 2 кВт, а общее производство энергии в мире — до 1,3 Χ 1013 Вт. К середине XXI века прогнозируемая мощность энергетики мира (~ 3 Χ 1013 Вт) сравняется c мощностью излучения недр Земли (~ 3,2 Χ 1013 Вт) и составит ~ 0, 03 % от мощности потока солнечной энергии, которая достигает поверхности Земли (0,8 Χ 1017 Вт). Точные “пределы роста” производимой энергии до сих пор не установлены, но несомненно, что именно от неё зависит хрупкое равновесие всех жизненных циклов на Земле и само существование человека.

Слова “экология” и “экономика” произошли от общего греческого корня σικος — “дом”, но в наше время они оказались независимыми. Современная модель экономики, нацеленная максимальное и быстрейшее извлечение прибыли, нарастающими темпами разрушает биосферу земли и тем самым ускоряет приближение экологического кризиса. Неолитическая революция и первые цивилизации Средиземноморья оставили после себя обширные пустыни. Научная революция и современная цивилизация способны опустошить всю землю. Этот вывод — не пустая риторика, а результат многолетних научных исследований физиков, химиков, биологов, метеорологов, социологов, историков и учёных многих других ветвей науки. Эти их знания не связаны с “инновациями”, но именно от них зависит дальнейшая судьба разумной жизни на планете Земля» (Л.И.Пономарёв, “Оправдание науки”, рассматриваемый Бюллетень, стр. 38, 39)[67].

Т.е. на проблематику экологического кризиса указано правильно и даже указано на то, что в конечном итоге вся экологическая проблематика упирается в проблематику энергетики, хотя и не высказаны прямые оценки: сколько допустимо производить техногенной энергии и на основе каких первичных и вторичных энергетических технологий.

Тем не мене можно считать, что более или менее согласованная позиция авторов этого сборника выражена ими в предисловии, которые мы цитировали ранее. Как можно понять из сказанного в предисловии, открытыми для освоения и совершенствования остаются следующие возможности:

·    совершенствование технологий традиционной углеводородной энергетики с целью снижения потерь в основных энергетических циклах и использования теряемой в основных циклах энергии в каких-то сопряжённых с ними технологиях;

·    дальнейшее развитие ядерной энергетики в составе первичной энергетики, в том числе на основе реакторов на быстрых нейтронах;

·    где это возможно — развитие энергетики на основе природных энергетических потоков (ветер, волнение моря, приливы, геотермальные, энергетический потенциал течения рек и т.п.);

·    развитие водородной энергетики как одного из видов вторичной энергетики;

·    переработка всевозможных отходов в энергоносители, в том числе и на основе разного рода биотехнологий;

·    в отдалённой перспективе — энергетика на основе термоядерного синтеза.

И никакой «вакуумной энергетики», никаких энергоустановок с КПД 100 % и более, никакой  “экзотики”, поскольку это всё проистекает из лженауки, противоречит давно выявленным законам физики, вследствие чего «энергию из вакуума» могут получать только журналисты “жёлтой прессы”.

Но наряду с этим полезно обратить внимание на то обстоятельство, что с того момента, как начал работать первый ядерный реактор, следовало думать и о возможности катастроф, в результате которых всё содержимое активной зоны может оказаться в природной среде и, соответственно, о том, как преодолевать и компенсировать последствия такого рода катастроф. Об этом можно было не думать только в период реальной угрозы ядерной войны, когда для защиты страны от массированного ядерного нападения, надо было создавать своё ядерное оружие и для этого необходимы были реакторы-производители оружейных делящихся веществ: катастрофа на реакторе в таких условиях — меньшее зло, нежели поражение в ядерной войне вследствие своей собственной ядерной безоружности.

Но если речь заходит о ядерной энергетике не как о сопутствующем продукте в гонке вооружений нескольких стран, а как о норме мирной жизни человечества, то надо думать:

·    О минимизации и преодолении последствий такого рода катастроф, поскольку они вероятностно-статистически неизбежны[68] и способны «присыпать» радиоактивной пылью и аэрозолями целый континент, сделав его не пригодным для жизни на многие десятилетия, обездолив тем самым десятки, а то и сотни миллионов человек в нескольких поколениях.

·    О технологиях переработки и утилизации радиоактивных отходов и отслужившего свой срок ставшего радиоактивным оборудования АЭС. Причём главное требование к этим технологиям — прекращение нарастания массы отходов хотя бы после того, как будет достигнут некий экономически приемлемый уровень их накопления.

Если ответов на эти вопросы нет, то в мирной жизни ядерная энергетика как норма — запретна, поскольку неизбежно то, что стало одной из сюжетных линий бестселлера 1957 г. научно-фантастического романа И.А.Ефремова “Туманность Андромеды” — гибель цивилизации на планете, вследствие накопления отходов ядерной энергетики.

Однако пособники ядерной энергетики за последние 50 лет не написали ничего внятного по этим вопросам, и исторически реально, ни Министерство обороны СССР, ни АН СССР не были готовы к адекватным действиям по минимизации и преодолению последствий Чернобыльской катастрофы.

Это явное и неоспоримое выражение беззаботности, карьеризма и идиотизма всех, кто развивал «мирный атом» в СССР: Профессионалы физики-ядерщики и профессионалы техники-ядерщики не в силах были догадаться о том, о чём смог догадаться профессиональный геолог и палеонтолог — И.А.Ефремов? — могли, наверняка догадывались, но были у каждого из них дела по-важнее, нежели работать с этой проблематикой, не входящей в круг их интересов…

И не надо тешить себя иллюзией, что:

·    соответствующие технологии и организационные мероприятия разработаны в период после Чернобыльской катастрофы, и теперь ядерная энергетика не представляет опасности в штатных режимах своего функционирования, а в случае катастроф на АЭС даже такого характера, как это имело место в Чернобыле, негативные последствия могут быть сведены к биологически и социально незначимому минимуму в течение нескольких недель,

·    однако они являются государственным секретом особой важности, и потому о них невозможно ничего узнать из несекретных источников информации, но «компетентные» структуры всё знают и «бдят».

Угроза радиоактивного заражения как вследствие катастроф на АЭС, так и вследствие утечек утилизируемых отходов при их штатной эксплуатации носит глобальный характер и по своей сути такова, что всякое государство, чтобы обезопасить прежде всего себя, придало бы гласности такого рода информацию; а через структуры ООН и МАГАТЭ добивалось бы, чтобы эти технологии и организационные мероприятия стали бы всеобщим обязательным стандартом. Кроме того, это была бы исключительная по своему характеру «пиар-акция» кардинального улучшения имиджа любой страны на длительное время.

Т.е. дело не в засекреченности такого рода информации, а в том, что нечего ни засекречивать, ни оглашать.

И как можно понять из Бюллетеня № 1 “В защиту науки”, нет никаких оснований полагать, что в РАН, что-то изменилось с дочернобыльских времён… — та же безответственность и беззаботность, то же самодовольство.

Тем не менее, для решения проблем создания экологически допустимой первичной энергетике как основы для перевода всей производственно-потребительской системы на замкнутые жизненные циклы продукции и преодоления таким путём глобального экологического кризиса, придётся переосмыслить многое в исторически сложившемся естествознании. При этом специалистам-энергетикам и человечеству в целом придётся пересмотреть своё отношение к “священности” догматов С.Карно (1824 г.) и как минимум — к “священности” второго начала термодинамики.

Чтобы показать, что есть предмет для серьёзного разговора и переосмысления давно известного, мы не будем ссылаться на публикации в “жёлтой прессе” и на мнения пациентов психбольниц, а обратимся к рассмотрению достижений науки, которые признаются адекватными жизни, и к некоторым мнениям о них тех людей, чья научная состоятельность и добросовестность признаются РАН точно так же, как и в остальном мире.

Приведём основные формулировки второго начала термодинамики:

Невозможен переход теплоты от тела более холодного к телу, более нагретому, без каких-либо других изменений в системе или окружающей среде (Р.Клаузиус).

Невозможно создать периодически действующую (соверша­ю­щую какой-либо термодинамический цикл) машину, вся деятель­ность которой сводилась бы к поднятию некоторого груза (меха­нической работе) и соответствующему охлаждению теплового резервуара (У.Томсон, М.Планк).

Невозможно построить вечный двигатель второго рода (В.Оствальд).

В замкнутой, т.е. изолированной в тепловом или механическом отношении системе, энтропия либо остаётся неизменной (если в системе протекают обратные, равновесные процессы), либо возрастает (при неравновесных процессах) и в состоянии равновесия достигает максимума.

Это эквивалентные формулировки второго начала термодинамики, взятые из “Советского энциклопедического словаря” 1986 г. (В термодинамике энтропия определяется из следующего соотношения: dS=dQ/T , где dS — приращение энтропии; dQ — соответствующее приращение теплоты при абсолютной температуре Т, измеряемой в градусах Кельвина: 0ОС = 273ОК). В том же словаре читаем:

«Вечный двигатель второго рода — воображаемая тепловая машина, которая в результате совершения кругового процесса (цикла) (в пространстве параметров, описывающих её рабочее тело: — ВП СССР) полностью преобразует теплоту, получаемую от какого-либо одного “неисчерпаемого” источника (океана, атмосферы и т.п.) в работу (в частности, механическую: — ВП СССР). Действие вечного двигателя второго рода не противоречит закону сохранения и превращения энергии, но нарушает второе начало термодинамики и потому такой двигатель не осуществим».

К этому можно добавить, что теоретический КПД вечного двигателя второго рода на цикле преобразования «теплота — (меха­ническая) работа» равен 1.

Академии наук, в том числе СССР и его республик, Госкомизобретений принципиально не рассматривали и не рассматривают работы, в которых предлагаются энергоустановки с теоретическим КПД = 1 и выше и соответствующие этому КПД циклы изменения вектора состояния рабочего тела. Эту традицию восприняла и РАН.

Академик Л.Д.Ландау, известный физик-теоретик, нобелевский лауреат (1962 г.), автор классического курса теоретической физики (совместно с Е.М.Лифшицем) по поводу второго начала термодинамики отмечал:

«В том, что изложенные простые формулировки соответствуют реальной действительности, нет никакого сомнения: они подтверждаются нашими ежедневными наблюдениями».

В той или иной формулировке этот взгляд на второе начало термодинамики господствует как автоматизм распознавания явлений и автоматизм отношения к ним в мировоззрении школьников, студентов, тягловых людей науки и техники, и научно-техни­чес­кой “элиты” мировых научных и околонаучных “авто­ри­тетов”.

Между тем:

·    В природе нет “замкнутых систем”, о которых говорит второе начало термодинамики.

·    Ни в одной из лексических формулировок утверждения, известного как «второе начало термодинамики», ничего не говорится о каких-либо силовых полях.

·    Точно также какие-либо параметры силовых полей отсутствуют и в математических выражениях этого утверждения.

Поэтому ко всем формулировкам о свойствах “замкнутых систем” надо относиться, как к условностям человеческого мировосприятия, ограниченно применимым к конкретной обстановке, т.е. сообразуясь с реальными рассматриваемыми системами и их положением в окружающей среде, и соответственно — с полным набором параметров, которыми допустимо характеризовать систему и окружающую её среду при решении конкретной задачи.

В 1866 г. Дж.К.Максвелл рассматривал температурное равновесие вертикального столба газа в гравитационном поле в стационарном состоянии[69]. Дж.К.Максвелл пришёл к выводу, что для соответствия второму началу термодинамики необходимо, чтобы в стационарном состоянии в гравитационном поле температура в столбе газа не зависела от высоты, т.е. вертикальный температурный градиент (измене­ние температуры с высотой) любого вещества должен быть в стацио­нар­ном состоянии в гравитационном поле равен нулю, иначе второе начало термодинамики будет нарушено.

С 1897 по 1914 г. К.Э.Циолковский также рассматривал газ в стационарном состоянии в гравитационном поле. При этом он теоре­тически показал, что гравитационное поле порождает в газовом столбе, находящемся в стационарном состоянии, вертикальный температурный градиент — различие температур на разных высотах. Этому теоретически корректно полученному результату противоречит «второе начало термодинамики».

Экспериментальные исследования атмосфер Земли и Венеры показали наличие в атмосфере каждой из планет температурного градиента по высоте, значения коего хорошо согласуются с теоретическими моделями. То есть реальные наблюдения атмосфер Земли и Венеры опровергают мнение нобелевского лауреата академика Л.Д.Лан­дау и ему подобные мнения о согласии второго начала термодинамики с фактологией реальных наблюдений и подтверждают теоретические выводы Д.К.Максвелла и К.Э.Циолков­ского. Учебники же физики на протяжении столетия дурят школьникам нескольких поколений головы, навязывая в качестве абсолютной универсальной истины «второе начало термодинамики».

То есть второе начало термодинамики — не общевселенский фундаментальный принцип, а ограниченный частный физический закон, применимый исключительно в случаях, когда в пределах локализации рассматриваемого объекта силовым воздействием общеприродных, известных и неизвестных нам полей можно пренебречь.

Кроме того, К.Э.Циолковский показал, что в гравитационном поле принципиально возможно построение монотемпературного двигателя: энергоустановки типа “вечный двигатель второго рода” с теоретическим КПД цикла преобразования «теплота — (механическая) работа» равным единице.

Более подробно смотри:

·    Г.Опарин. “К.Э.Циолковский о втором начале термодинамики” в журнале “Русская мысль”, изд. “Общественная польза”, г. Реутов, 1991.

·    Maxwell J. C. Philosophical Transaction of the Royal Society of London. London, Vol. 157, 1867, pp. 49 — 88.

·    К.Э.Циолковский. “Продолжительность лучеиспускания Сол­н­ца”. “Научное обозрение”, № 7, 1897, стр. 46 — 61.

·    К.Э.Циолковский. “Второе начало термодинамики”. Калуга, 1914.

Тем не менее, с того времени, как второе начало термодинамики впервые было сформулировано (Р.Клаузиус, 1850 г.), чуть ли не до середины ХХ века “наука” пугала обывателя “теорией” «тепловой смерти вселенной» — энтропия нарастает необратимо, температура выравнивается, всё умирает, поскольку энергии во Вселенной хоть и полнσ, но она неподвижна[70].

А до авторов одного из наиболее авторитетных в СССР учебников физики (Л.Д.Ландау и Е.М.Лившица) сведения о мнении Дж.К.Максвелла и К.Э.Циолковского о втором начале термодинамике, похоже не дошли. А сами они о его ограниченной применимости не догадались?

В технологичес­ких приложениях выявленная Дж.К.Максвеллом и К.Э.Циолковским ограниченность правомочности применения второго начала означает, что устройство, именуемое «вечный двигатель второго рода», некоторым образом технически возможно, — вопреки обывательскому мнению и акаде­ми­ческому запрету на рассмотрение проектов такого рода энергоустановок; КПД энергоустано­вок может быть равен едини­це и т.п.

Однако на протяжении более 100 лет смотреть, что делается за преградой второго начала тер­модинамики, запрещено всеми средствами цивилизации: от двойки в школе до репрессий со стороны академий наук и психиатрической борьбы с изобретателями вечных двигателей.

Тем не менее, надо понимать, что культура и научное знание (как одна из её составляющих) обладает отчасти способностью к зомбированию индивидов и обществ просто в силу того, что в процессе обучения индивид не способен единолично воспроизвести все эксперименты и наблюдения прошлого и переосмыслить их. И даже если интуиция подсказывает ему, что что-то не так, как об этом повествуют учебники, то для того, чтобы понять как оно там на самом деле, ему необходимо произвести научное исследование вопроса. А научные исследования дороги, повторение их требует времени, и не все наблюдения воспроизводимы вследствие единичного или редкостного характера некоторых явлений[71]. В силу этого многое в процессе обучения человек вынужден принимать на веру, вследствие чего вступает во взрослость, будучи отягощённым прижившимися в культуре ошибочными мнениями, сложившимися в прошлом.

Но поскольку наука — одна из отраслей профессиональной деятельности, — то общество в праве требовать от её представителей — профессионалов, чтобы таких ситуаций, как описанная выше ситуация со вторым началом термодинамики, в ней не было.

Если Дж.К.Максвелл 150 лет тому назад показал, что второму началу термодинамики соответствуют далеко не все природные процессы; если к этому же выводу (по всей видимости, независимо от работ Дж.К.Максвелла) пришёл К.Э.Циолковский; если из их работ проистекают мировоззренчески важные выводы, открывающие пути иного развития техники и технологий, то об этом их вкладе в науку должно быть написано в каждом учебнике физике для средней школы и вузов хотя бы для того, чтобы новые поколения исследователей изначально были ориентированы на возможность заглянуть за пределы, которых смогла достичь наука в прошлом.

Поэтому спустя 150 лет после публикации Дж.К.Максвелла написанное в учебнике физики  Ландау и Лившица: «В том, что изложенные простые формулировки <второго начала термодинамики> соответствуют реальной действительности, нет никакого сомнения: они подтверждаются нашими ежедневными наблюдениями», — является жизненно несостоятельной ахинеей, подпёртой авторитетом нобелевского лауреата по физике: практика — критерий истины. В противном случае надо показать, что Дж.К.Маквсвелл и К.Э.Циолковский — ошиблись в своих выводах, объяснив при этом наличие температурного градиента в атмосферах Земли и Венеры.

Это к вопросу о том, что настоящая наука быстро освобождается от ошибок разного рода, а лженаука культивирует ошибки столетиями вопреки последующим теоретическим изысканиям, экспериментам и наблюдениям над природными явлениями. Но именно последнее и имеет место в деятельности императорской АН, АН СССР и ныне РАН.

Но вопрос о втором начале термодинамике — это не единичный эпизод, который мы якобы безосновательно раздули, хотя в ряде случаев одного факта бывает достаточно, чтобы обрушить научные теории. Обратимся к книге: Н.А.Козырев “Избранные труды” (изд. ЛГУ, Ленинград, 1991 г.). Если РАН хочет сказать, что это тоже “жёлтая пресса”, то это её право. Из сборника работ Н.А.Козырева можно узнать следующее.

С середины 1950-х гг. известно, что если зеркальный телескоп[72] навести не на оптически видимую звезду, а на её расчётное положение на небесной сфере в настоящей момент времени, то крутильные весы, помещенные в главный фокус[73] телескопа, реагируют на поток некой энергии (указанное издание, стр. 379, 380). То есть одно из исход­ных утверждений “теории” относительности о скорости света как наивысшей возможной скорости во Вселенной экспериментально опровергается, что обязывает к качественно иной интерпретации всех наблюдений и экспериментов, на основе которой сложилась и развивалась теория относительности.

 Сам Н.А.Козырев, как можно понять из названного сборника его избранных трудов, не делал заявлений о том, что полученные в ходе описанных им экспериментов результаты впоследствии воспроизвести не удалось; что на эксперимент оказали воздействие помехи не установленного происхождения и т.п., вследствие чего публикации о полученных им в прошлом результатах следует считать ошибочными и утратившими силу и научную значимость.

В статьях названного сборника он пытался интерпретировать полученные им результаты на основе понятийного аппарата теории относительности, что получилось не очень убедительно. Вряд ли он не понимал, что наблюдение в эксперименте скорости, на порядки превышающей скорость света в вакууме, не укладывается в теорию относительности, но возможно, что он не хотел идти на прямой конфликт с научной мафией, поддерживающей теорию относительности и кормящейся от неё.

Но и это не всё. В том же сборнике избранных трудов Н.А.Козырева (стр. 403) со ссылками на астрофи­зические наблюдения, отрицается в качестве общевсе­ленских догматов не только второе, но и первое ограни­чение термодинамики: «первое начало термодинамики» — закон сохранения энергии. Если Н.А.Козырев прав и не сфальсифицировал результаты наблюдений, то и первое начало термодинамики — закон сохранения энергии (в известных к настоящему времени его формулировках) тоже следует понимать как закономерность, имеющую ограниченную область применения, вне которой он может нарушаться вследствие того, что там действуют иные закономерности.

Н.А.Козырев упоминается в рассматриваемом Бюллетене № 1 “В защиту науки”: «С помощью “зеркал Козырев” (о существовании которых Н.А.Козырев, разумеется, даже не подозревал) мошенники “лечат” неизлечимые болезни, помещая больных в камеру, где время, по их утверждению, течёт по другому (!?)» (указанный сборник, Предисловие, стр. 8).

Разоблачать мошенников — это, конечно, дело общественно полезное. Но всё же было бы интересно, если бы наряду с этим упоминанием “зеркал Козырева”, которыми злоупотребляют мошенники, физики РАН прокомментировали бы и результаты, полученные самим Н.А.Козыревым в ходе экспериментов, которые описаны в его работах. Если этих комментариев нет, то остаётся выбирать одно из двух:

·    либо в РАН не понимают сути работ Н.А.Козырева и значения полученных им результатов по скудоумию (а то и не знают их содержания);

·    либо для мафии, контролирующей РАН и науку через её структуры, эти результаты Н.А.Козырева — помеха в проводимой ею политике оболванивания общества в целях поддержания власти заправил библейского проекта порабощения человечества.

В общем, как можно понять из приведённого выше, в естествознании тоже есть, чем заняться для того, чтобы оно стало наконец-таки наукой, а не инструментом решения неких задач в глобальной политике…

—————

О медицинской науке и врачебной практике

В этом же разделе надо сказать несколько слов и медицине, поскольку в основе её лежит естествознание, хотя медицинская наука и обособилась от Академии наук в своей специализированной Академии медицинских наук.

Конечно, когда человек мучается в болезни или в результате травмы, с которыми его организм не в состоянии справиться на основе своих биологических автоматизмов, то какая ни на есть медицина лучше, нежели полное отсутствие медицины. Однако:

·    врачебная практика не в праве быть невольницей фармакологического и медтехнического бизнеса;

·    медицина обязана уметь в случае болезней и травм исцелять тело, дух (биополе) и алгоритмику психики человека, а не оставлять его больным или потенциально больным, подавив симптоматику проявлений тех или иных заболеваний, при этом вызвав за счёт побочных эффектов новые заболевания или построив вокруг болезни некий механизм компенсации её текущих проявлений;

·    медицина обязана знать параметры здорового образа жизни для города и села, для всех профессий и уметь вести пациента к здоровому образу жизни и поддерживать его.

В России этим требованиям исторически сложившая медицинская наука и врачебная практика, а так же и квалификация врачей в подавляющем большинстве случаев не удовлетворяют. При этом общие тенденции развития медицинской науки, медицинского образования и организации врачебной практики таковы, что в обозримом будущем медицина этим требованиям по-прежнему удовлетворять не будет.

Главные причины этого — обособление медицины от социологии и подчинённость её коммерции.

6. Наука “официальная” и неофициальная:
 причина заболевания лженаукой

В цитированном Предисловии к Бюллетеню № 1 “В защиту науки” утверждается: «Никакой официальной науки не существует, есть только наука и не-наука». Но в действительности это не так, даже в том случае, если авторы предисловия искренне не понимают различий официальной и не официальной науки:

Официальная наука есть, и именно она определяет количественно преобладающий характер всей научной деятельности и системы образования.

Со времён СССР существует ВАК — высшая аттестационная комиссия, в юридическом лице которой государственность и Академия наук как самодеятельная общественная организация сливаются воедино, поскольку дипломы ВАК о присвоении учёных степеней и званий признаются и государственностью, и Академией наук, в отличие от дипломов разного рода не признаваемых ВАК и РАН “общественных академий”, которые государственность тоже не признаёт в проведении своей кадровой политики и экспертиз по разного рода проблемам.

Собственно говоря, это закреплённое юридически различие в отношении государственности к учёным степеням и званиям, присвоенным ВАК и РАН — с одной стороны, и с другой стороны — к учёным степеням и званиям, которые присваиваются разнородными “общественными академиями”, и возводит некоторую часть науки и лженауки, производимой нашим обществом, в ранг его «официальной науки». Соответственно оставшаяся часть науки и лженауки, производимых обществом, обретают статус «неофициальной науки», а равно — исключительно «лженауки», по оценке «официальной науки».[74]

Поэтому со слов «официальная наука» следует снять кавычки, тем более, что единственно мнения и рекомендации её представителей предлагаются в качестве объективно истинных остальному обществу без их рассмотрения по существу в каждом конкретном случае. Возражения против мнений, поддерживаемых официальными научными авторитетами, особенно со стороны людей, имеющих более низкие учёные звания и степени (либо не имеющих их вовсе) также — без рассмотрения по существу — предлагается принять в лучшем случае в качестве искренне наивно-ошибочных, а в худшем случае — в качестве заведомо шарлатанских, проистекающих из психического нездоровья либо из мошеннических наклонностей их выразителей и приверженцев.

В основе такого разграничения «научной истины» и «лженауки» лежит не различное понимание существа проблем и путей их решения как таковых, а всего лишь тот факт, что ВАК, выдав соответствующий диплом, некогда признала квалификацию тех или иных индивидов в той или иной отрасли деятельности, либо Академия наук «по совокупности заслуг» избрала того или иного дипломированного ВАК специалиста своим членом корреспондентом или действительным членом[75].

Соответственно, если какое-то мнение не соответствует позиции официальной науки, то его носителям легче добиться роспуска ВАК и Академии наук, либо организовать собственную академию и свой ВАК, нежели добиться, чтобы официальная наука “снизошла” до рассмотрения этого мнения по существу и, убедившись в его обоснованности и жизненной состоятельности, признала его вкладом в развитие науки и отказалась от каких-то своих воззрений, которым она была привержена ранее, выразив свой отказ от прошлых заблуждений в новых публикациях (прежде всего — в учебниках) и практически — в дальнейшей научной деятельности.

В отличие от представителей науки, чьи мнения в силу каких-то причин неприемлемы для официальной науки, заведомым представителям лженауки такое положение дел как раз и создаёт наиболее благоприятные условия для развития их деятельности, поскольку именно в таких обстоятельствах им легче всего подать себя обществу в качестве «непризнанных гениев». Это может дополняться россказнями о том, что свои достижения они вынуждены хранить в тайне, чтобы сохранить за собой приоритет первооткрывателей, поскольку представители официальной науки не только их отвергают, но почёрпнутые идеи норовят выдать за свои научные достижения. Тем не менее, по «доброте душевной», они готовы предоставить в пользование плоды своих идей «жаждущим» — за плату (подчас не малую), однако, не раскрывая существа самих идей и основанных на них «ноу-хау».

Последнее — карикатурное отражение в зеркале лженауки режима  секретности официальной науки при проведении работ по многим проблемам. При этом режим секретности проведения работ практически во всех отраслях науки и техники достаточно часто становится «забором», за которым в системе ВАК АН СССР (а ныне РАН) культивируется на протяжении десятилетий лженаука: принцип действия простой — тематику засекретили, нужный человек написал ахинейную диссертацию, допуски к тематике и рассмотрению диссертации оформили доверенным нужным людям — все “свои”, защита прошла успешно, появился новый кандидат наук, а на втором цикле — новый доктор, которого впоследствии можно избрать и в Академию.

ВАК, даже если и не соучаствует в такого рода сговоре, то не имеет кадров и материально-технического и финансового обеспечения для того, чтобы производить аудит по существу всех  поступающих на её рассмотрение диссертаций, полагаясь в подавляющем большинстве случаев на мнение учёных советов, официальных оппонентов и рецензентов диссертаций и рефератов о них.

Далее: поскольку диплом ВАК о присвоении учёной степени и звания является основанием для отдания предпочтения в кадровой политике «более умному и эрудированному» претенденту на должность, то такой “учёный” получит преимущество перед настоящими деятелями науки, которые не оформили свои достижения в качестве диссертации или чьи достижения признаются научной мафией не уместными и в продвижении кого на руководящие должности научная мафия не заинтересована.

Автор же ахинейных диссертаций (кандидатской, а потом и докторской) — в качестве кандидата на продвижение по служебной лестнице удобен и научной мафии, поскольку на него всегда можно давить морально: твоя диссертация — “ахинея” и все это знают, поэтому без поддержки корпорации, которая тебя “остепенила”, ты — ничто… Так что служи корпорации и не выпендривайся ту со своей “принципиальностью” (где она была когда ты диссертацию защищал?), а то желающих стать кандидатами и докторами много, среди них найдутся и те, кто по сговорчивее, чем ты, и кто заменит тебя: сам понимаешь, в нашем деле — наука не главное.

Так можно дослужиться и до звания генерала и адмирала, стать руководителем научно-исследовательских структур и весьма ответственных отраслей деятельности в Министерстве обороны и в спецслужбах… со всеми последствиями для безопасности страны, вытекающими из всей этой лжи, имевшей место на протяжении всей карьеры.

А если кто-то непричастный узнал про антинаучность такого рода диссертации и начал бороться с лженаукой и её приверженцами, то прежде, чем будет рассмотрен вопрос о научной состоятельности диссертации, будет рассмотрен вопрос о нарушении режима секретности самим защитником науки, который смог узнать то, чего ему в соответствии режимом секретности знать не положено: т.е. нервотрёпка (как минимум) обеспечена, а как максимум — лишение допуска и вынужденный уход из профессиональной деятельности, + к этому проблемы с трудоустройством, поскольку КГБ — ФСБ «бдит» и за кадровой политикой, а научная мафия со своей стороны контролирует практически все отрасли. И после того, как будет рассмотрен вопрос о нарушении режима секретности, поднимать вопрос о научной состоятельности диссертации будет уже некому…

Но даже если дело дойдёт до того, что постороннему чиновнику высшей властью будет поручено разобраться «что там происходит?», то бригада “учёных” в ранге от кандидатов до академиков, продвигающих лженауку и кормящихся от неё, в подавляющем большинстве случаев авторитетно объяснит не знающему научной проблематики и тонкостей дела чиновнику, в чём не прав правдоискатель и почему…

Поскольку после ликвидации СССР в условиях “демократизации” в России стало возможным создавать и регистрировать юридически в той или иной форме разнородные общественные организации чуть ли не в уведомительном порядке, то естественно, что стали возникать и разного рода альтернативные академии тех или иных наук и лженаук со своими системами сертификации реальной или мнимой квалификации.

Если бы государство стало признавать выдаваемые ими квалификационные дипломы, то вся такая наука и лженаука стала бы официальной наукой. В этом случае:

·    с одной стороны — ВАК и РАН утратили бы своё монопольное положение оценщиков, что есть истина и наука, а что есть лженаука,

·    а с другой стороны — каждый чиновник или простой гражданин, когда у него возникает потребность в научно обоснованном решении того или иного рода проблем, был бы вынужден с риском для своего положения и перспектив сам решать, на мнение какой академии и каких учёных персонально полагаться, а для этого ему бы пришлось самому так или иначе вникать в существо проблем и способов их решения.

Это было бы не плохо для развития общества и не могло бы нанести вреда настоящей науке.

Но отечественный совокупный чиновник не желает брать на себя ответственность ни за что, и потому на ликвидацию монопольного положения ВАК и РАН в решении вопроса, что есть истина, он пойти не может: РАН и ВАК ему необходимы именно в статусе официальной науки для того, чтобы при случае спихнуть на них ответственность за крах порученного ему дела вследствие якобы выданных официальной наукой ошибочных рекомендаций.

А культивирует ли РАН лженауку либо успешно её искореняет — с точки зрения совокупного чиновника — это внутренне дело самой РАН, к его чиновничьему благополучию никакого отношения не имеющее.

За ошибочные, а также и за заведомо вредительские рекомендации политикам, проистекающие из системы официальной науки РАН с послесталинских времён уголовной ответственности тоже никто не несёт, на том основании, что «в науке нет широкой столбовой дороги» — ошибки неизбежны: не надо искать врагов — их нет, в академической науке — достойнейшие люди, интеллектуальный цвет нации.

За ЕС ЭВМ никто не ответил в уголовном порядке. За Чернобыль своею жизнью расплатился единственно академик В.А.Легасов и то только потому, что у него не хватило цинизма для того, чтобы пережить эту катастрофу, сытно похрюкивая, как пережили её многие другие к ней причастные “выдающиеся учёные”. В отличие от него академик И.Д.Спасский успешно пережил и гибель АПЛ “Комсомолец”, и гибель АПЛ “К-219”, и гибель АПЛ “Курск” со всем экипажем[76].

Совокупному чиновнику наших дней нет дела до благополучия представителей официальной науки, и по существу это является главной претензией, выраженной «академической общественностью» в рассматриваемом Бюллетене № 1 “В защиту науки”.

Суть претензий РАН к нынешней государственности состоит в том, что в послесталинском СССР академическая наука предоставляла учёным и чиновникам наиболее удобные (в смысле обеспечения респектабельности) формы того, что в последствии стали именовать «распиливанием бюджета»: одни вкладывают народные деньги в науку, другие делают науку, а потом высокая оценка полученных результатов обеспечивает и тем, и другим статус в обществе, высокие доходы, преимущественный доступ к фондам общественного потребления, более высокие стандарты жизни и т.п. при уважении в народе.

В соответствии с этой системой организации «распиловки бюджета», производства «паблисити» и «просперити» — все причастные к ней в советской “элите” были докторами, профессорами, заслуженными деятелями науки и техники союзных республик и СССР, академиками; а партийные и государственные чиновники, у кого не было времени на то, чтобы самим защитить диссертации, тоже получали государственные награды и лауреатство ленинских, государственных и прочих премий за вклад в «организацию» и  развитие науки и техники в СССР.

В СССР наука делалась вопреки этой системе. Причём наибольший по объёму научный задел на будущее был сделан в послевоенные годы — т.е. ещё в период общего руководства страной И.В.Сталина.

А вот следствием описанной системы взаимодействия бюрократов государства и бюрократов науки был «застой»: научное и технико-технологическое отставание страны от мирового уровня нарастало. Хотя это в «пиар-кампании» показухи советской поры не попадало, однако в застольных разговорах «в своём кругу» на совместных банкетах и фуршетах чиновники валили всё на науку, учёные на чиновников, в общем-то достаточно аргументировано и обоснованно обличая друг друга в некомпетентности.

Образно говоря, в СССР официальная академическая наука была «любимой женой» совокупного чиновника: «милые» иногда бранились, но всё же жили душа в душу.

Но в постсоветской “Россионии” академическая наука статус «любимой жены» утратила, просто вследствие того, что либерализм на практике (которому всякие большие и маленькие учёные-естествоиспытатели типа академика А.Д.Сахарова и «гуманитолухи» типа “академика” А.Н.Яковлева[77] пролагали дорогу) открыл совокупному чиновнику другие — коммерчески более эффективные отрасли для «распиливания бюджета», вследствие чего у него появилось множество «любимых» наложниц, а прежняя «любимая жена» стала не нужна. При этом в условиях деидеологизации постсоветского общества совокупный чиновник не то, что бы потерял стыд (стыда у него никогда не было), но обрёл большее — возможность беззастенчиво и безнаказанно не соблюдать приличия, к показному соблюдению которых в СССР его обязывала официальная государственная идеология.

Вследствие этого на протяжении 1990‑х гг. и до настоящего времени официальная академическая наука пожинает плоды того, что её выдающиеся представители считали если и не нормальным, то вполне допустимым.

В издании «Горбачёв-Фонда» “Перестройка. 10 лет спустя” читаем высказывание математика и якобы экологиста, академика РАН Моисеева Н.Н. (ныне покойного) в ходе одной из дискуссий в названном фонде:

«Наверху (по контексту речь идёт об иерархии власти: — наше пояснение при цитировании) может сидеть подлец, мерзавец, может сидеть карьерист, но если он умный человек, ему уже очень много прощено[78], потому, что он будет понимать, что то, что он делает, нужно стране» (Москва, “Апрель-85”, 1995 г., стр. 148).

В результате успеха “перестройки”, краха общественного строя СССР и реставрации капитализма в “Россионии”  под властью транснационального капитала совокупный чиновник-мер­за­вец освободился от необходимости соблюдать приличия.  Однако он — не дурак в том смысле, что своего не упустит и знает, кому, как и за сколько продать Родину подороже: в этом деле он умнее многих, иначе бы в 1990‑е гг. вёл себя иначе.

Если не всем представителям официальной науки в возникшем не без их усилий общественном строе “Россионии” не хватает цинизма для того, чтобы перейти от слов, аналогичных высказанных Н.Н.Моисеевым, к такому же делу, за которое в Швейцарии в 2005 г. был арестован по требованию США бывший министр атомной промышленности РФ Е.О.Адамов[79], ранее руководивший Научно-исследовательским и конструкторским институтом энерготехники, — то, по мнению совокупного чиновника-мерзавца, это — их личные проблемы.

В ходе той же дискуссии в «Горбачёв-Фонде», где Н.Н.Моисеев по сути возжаждал власти умных мерзавцев над обществом, искусствовед И.А.Андреева сумбурно (её самооценка, см. стр. 156 названного сборника) высказала следующее:

«Нравственные основы — это высоко и сложно. Но элементы этики вполне нам доступны».

Поэтому она не смогла внятно объяснить, что Н.Н.Моисеев, хоть и большой учёный, даже академик, но в нравственно-этическом отношении, если соотносить с жизнью приведённое выше его высказывание, — урод, калека[80].

Т.е. профессиональный гуманитарий не понимает, что «элементы этики» без осознания индивидом своей реальной, а не декларируемой нравственности — это показатель выдрессированности его неким этикетом: «элитарно-политесным» либо малинно-братанским — значения не имеет. В любом варианте индивид — безсовестен и потому не свободен: свобода — совестью водительство Богом данное.

Собственно в безсовестности и состоит причина заболевания лженаукой общества в целом и науки — как официальной, так и неофициальной.

В том, что наука в нашей стране организована на мафиозно-корпоративных — малинно-братанских, а равно — масонских — принципах нет ничего нового: об этом говорится в “своём кругу” как о чём-то само собой разумеющемся и неизбежном, т.е. безальтернативном.  И такое положение дел никогда после И.В.Сталина публичными политиками не порицалось и не оценивалось как общенародная беда и проблема.

Это обстоятельство является ещё одним составом преступления И.В.Сталина «против науки» и её деятелей. Недоучившийся семинарист посмел обвинить светил высокой науки в антинародной мафиозности и антинаучной деятельности.

«Вопрос. Правильно ли поступила “Правда”, открыв свободную дискуссию по вопросам языкознания?

Ответ. Правильно поступила.

В каком направлении будут решены вопросы языкознания, — это станет ясно в конце дискуссии. Но уже теперь можно сказать, что дискуссия принесла большую пользу.

Дискуссия выяснила прежде всего, что в органах языкознания как в центре, так и в республиках господствовал режим, не свойственный науке и людям науки. Малейшая критика положения дел в советском языкознании, даже самые робкие попытки критики так называемого "нового учения" в языкознании преследовались и пресекались со стороны руководящих кругов языкознания. За критическое отношение к наследству Н.Я.Марра, за малейшее неодобрение учения Н.Я.Марра снимались с должностей или снижались по должности ценные работники и исследователи в области языкознания. Деятели языкознания выдвигались на ответственные должности не по деловому признаку, а по признаку безоговорочного признания учения Н.Я.Марра.

 Общепризнано, что никакая наука не может развиваться и преуспевать без борьбы мнений, без свободы критики. Но это общепризнанное правило игнорировалось и попиралось самым бесцеремонным образом. Создалась замкнутая группа непогрешимых руководителей, которая, обезопасив себя от всякой возможной критики, стала самовольничать и бесчинствовать» (приводится по публикации в интернете со ссылкой на газету “Правда” от 20 июня 1950 г.).

Последний абзац выделен нами при цитировании. Из него можно понять, что интервью И.В.Сталина “Марксизм и вопросы языкознания” — вовсе не о языкознании и марксизме. Языкознание и деятельность мафиозной группировки, сложившейся вокруг Н.Я.Марра и его наследия, стала для И.В.Сталина только поводом, чтобы сказать указать обществу на угрозу ему со стороны мафиозности в науке[81]. Не вняли…

Не вняли потому, что:

·    Для «высоких умов» «научной общественности» И.В.Сталин был деспот, тиран, недоучившийся семинарист — хитрый, невежественный, некультурный. То, что приведённую выше библейскую доктрину порабощения человечества И.В.Сталин знал с юности и отверг её и в канонически православной форме, и в канонически-марксистской светской форме[82], — большинство его критиков так и не поняли. Не поняли они и того, что он всю свою жизнь самоотверженно работал на воплощение в жизнь альтернативы библейско-марксистскому проекту порабощения человечества; работал, рискуя жизнью на протяжении десятилетий ежедневно, поскольку был креатурой масонства, которое «кинул»…

·    Остальные в их большинстве были заняты своими личными и семейными делами, и им не было дела до того, что делается в корпорации чиновников партии и государства и в корпорации учёных.

В итоге в 1989 г., когда режим М.С.Горбачёва целенаправленно вёл СССР к краху, очередной президент АН СССР Г.И.Марчук в статье “Какой быть науке?” вынужден был признать:

«Широкой общественностью, руководством страны должно быть осознанно: наше положение в науке находится в разительном контрасте не только с развитыми, но и с развивающимися странами” (газета “Поиск”, №12, 1989 г. — в тот период всесоюзная газета, орган профсоюзной организации АН СССР).

А между тем в СССР был единственный в стране настоящий социолог, хотя по ведомству АН СССР он числился палеонтологом. Это был И.А.Ефремов. В публикациях СМИ в 1990‑е гг. проскользнуло сообщение, что Академия наук Болгарии признала его роман “Час быка” — вкладом в развитие науки: так ли это, но этот роман действительно реальный вклад в развитие социологии — чуть ли не единственный в СССР.

«Первая публикация “Часа Быка” в сокращённом журнальном варианте состоялась в 1968 году, отдельной книгой роман вышел в 1970-м. А затем последовала записка в ЦК КПСС за подписью шефа КГБ Ю.В.Андропова, резолюция “главного идеолога” М.А.Суслова, специальное заседание Секретариата ЦК (12 ноября 1970 г.) и решительный запрет романа, его изъятие из библиотек и магазинов, — высшие сановники государства в олигархах Торманса узнали себя. “В романе “Час Быка” Ефремов под видом критики общественного строя на фантастической планете “Торманс” по существу клевещет на советскую действительность…” — говорилось в записке Андропова[83]. А в постановлении Секретариата ЦК с грифом “Сов. секретно”, в частности, оказано: “писатель допустил ошибочные оценки проблем развития социалистического общества, а также отдельные рассуждения, которые дают возможность двусмысленного толкования”. Ефремова пригласили на беседу к секретарю ЦК П.H.Демичеву, который, к удивлению писателя, оказался хорошо знаком с его произведениями и даже просил присылать рукописи будущих книг. Эта просьба была впоследствии выполнена — Демичеву была отправлена рукопись последней книги Ефремова “Таис Афинская”. Беседа состоялась в марте 1970 года, на ней Ефремов не согласился с “некоторыми критическими оценками его научно-фантастического романа”, как говорилось в записке отдела культуры ЦК. Книга была запрещена» (Приводится по тексту книги Алексея Константинова “Светозарный мост” по публикации на сайте: http://noogen.2084.ru/Efremov.htm).

А в 2002 году в телефонном разговоре с М.С.Листовым уже пенсионер П.Н.Демичев сказал приблизительно следующее: “Ефремов был великий человек. Если бы его не запрещали, а изучали, многих бед в последующем удалось бы избежать” (http://noogen.2084.ru/Efremov.htm). — А что — кроме безвольной подчинённости корпоративной дисциплине — мешало не запрещать, а изучать, введя “Час быка” в курс литературы средней школы: Да и сейчас было бы полезным этот роман ввести в школьный курс литературы…

7. Хроническая неспособность РАН к очищению от лженауки

Г.И.Марчук был благонамеренным президентом АН СССР и предпринял попытку полугласного-полукулуарного обсуждения кризиса науки в СССР. Приведём один давний документ. Его статья “Какой быть науке?”, выдержку из которой мы привели выше, была приглашением к дискуссии по проблеме преодоления кризиса науки в СССР. И 12‑й номер всесоюзной академической газеты “Поиск” за 1989 г. был разослан по научным организациям АН СССР, а также персонально действительным членами и членам-корреспондентам АН СССР.

*         *         *

Письмо Президиума АН СССР о рассылке газеты «Поиск»
 и начале дискуссии на тему «Какой быть науке?»

28.07.89 № 2-10277-5113/1791

Глубоко уважаемый, «имярек».

В конце этого года в Москве состоится Всесоюзное совещание научных работников. На нём будут обсуждаться основные направления перестройки фундаментальной науки.

В рамках подготовки к этому совещанию во всесоюзной газете “Поиск” были опубликованы основные проблемы, выносимые на обсуждение с предисловием президента АН СССР академика Г.И.Марчука.

В связи с изложенным просим Вас высказать свои предложения по перестройке в науке и направить их в адрес редакции или Президиума АН СССР.

С уважением,

Главный секретарь
Президиума Академии наук СССР
академик                                                                                          И.М.Макаров

*                   *
*

Редакции газеты “Поиск” и в аппарат Президиума АН СССР через Ленинградское отделение АН СССР (его тогда возглавлял Ж.И.Алфёров) тогда из, ещё из Ленинградского, университета был передан ответ на статью Г.И.Марчука, озаглавленный «Для чего быть науке?», впоследствии фрагментарно опубликованный под названием “Концептуальная власть: миф или реальность?” в журнале “Молодая гвардия”, № 2, 1990 г.

В том ответе многие вещи были названы свойственными им именами. В частности было сказано, что облик и существо науки в обществе — это следствие того, как общество, и, прежде всего, — сами учёные, отвечают себе на вопрос: Для чего быть науке?

·    Если науке быть для того, чтобы производить знания и технологии на коммерческой основе, то наука будет продажна настолько, насколько она затрагивает интересы тех, кто контролирует финансовую систему.

·    Если науке быть для того, чтобы люди жили безбедно в ладу с биосферой планеты, то наука перестанет быть современным продажным знахарством. И с этим её нравственным и этическим (в том числе и религиозным) преображением исчезнет знахарский орден злонравия и шизоидного графоманства, две стороны которого спорят между собой, а своими ошибками и заведомой ложью отравляют жизнь другим людям на протяжении веков. Этот знахарский орден — обременительная “академическая медаль” на шее человечества. От нее действительно пора избавиться.

Но мировоззренчески отгородившись математико-техническим образованием от обществоведческих дисциплин, Г.И.Марчук персонально и аппарат Президиума АН СССР этого вопроса, предшествующего поставленному в заголовке упомянутой его статьи, верноподданно “не увидел”, хотя с 1981 г. Г.И.Марчук был членом ЦК правящей партии и по своему должностному положению в партии и в государстве[84] обязан был вникать в проблемы общественной жизни, понимать их как таковые и знать, как они отражаются в обществоведческих научных дисциплинах, а не быть только математиком — абстракционистом и прикладником.

Поэтому дискуссия о том, как реорганизовать науку в СССР, чтобы она вышла на передовые рубежи в мире и чтобы от неё была отдача обществу, протекала в русле верноподданности режиму М.С.Горбачёва и «архитектора» перестройки А.Н.Яковлева. В результате в науке всё осталось как и было, поскольку, как было указано выше, не для этих целей масонство создавало академии наук по всему миру[85].

Не лучше показало себя и патриотически обеспокоенная общественность.

В том ответе на приглашение к дискуссии также было указано, что ответ на вопрос “Для чего быть науке?” лежит не в сфере естествознания и абстрактных точных наук, а в области исторического и социологического знания. Хотя человечество, общество — порождение Природы, а естествознание — как наука — начало развиваться раньше, чем история и социология, как отрасли научной деятельности и научного знания[86], но в современных условиях естественнонаучное знание обусловлено историко-социологически и, прежде всего, тем, как общие закономерности бытия Мироздания, Объективной реальности в целом, наука интерпретирует по отношению к жизни общества и природы, объемлющей жизнь общества. Если конкретно, то статья, опубликованная в “Молодой гвардии”, завершалась следующими словами (сноски по тексту — наши пояснения при цитировании):

 «…При таком положении вещей[87] фактология науки обесценивается, но резко возрастает общественная значимость методологии, в том числе методологии поиска Знания, необходимого для прогноза развития любой общественной системы.

Есть научно-технические вопросы, на которые можно дать правильные ответы, не выходя за пределы узкой отрасли знания. Например: “Как построить атомную электростанцию или создать космический корабль для полета на Марс?” Но на вопрос: “Надо ли строить атомную электростанцию и посылать на Марс космические корабли[88]?” — не следует искать ответа в области технического и даже экономического знания. Для ответа на такие вопросы необходимо найти место прикладного фактологического материала частной отрасли знания в общей фактологии истории. Только при этом условии можно построить прогноз развития частной отрасли науки и техники и получить достоверные ответы на такого рода вопросы, то есть ответы, подкрепляемые практикой с течением времени. Данные утверждения предполагают, что История не является цепью случайно следующих друг за другом фактов, а через цепь случайностей пролагает себе дорогу закономерность. Эта закономерность истории познаваема (то есть независима от сознания). Понимание разного рода объективных закономерностей позволяет “пророчить” варианты устойчивого будущего с точностью до общественного явления, а в отдельных случаях — с точностью до исторического факта. Это и даёт возможность направлять производительные силы общества на реализацию предпочтительного для концептуальной власти[89] варианта устойчивого будущего. Осознание этого факта чуждой нам концептуальной властью при упорном нежелании понять его нашей политической, законодательной и исполнительной властью и обеспечивает столь высокое совпадение <исторической реальности наших дней: наше пояснение при цитировании> c вышерассмотренными американскими прогнозами 40-летней давности[90]».

Кроме того, даже в варианте статьи, напечатанном “Молодой гвардией”, редакцией был сохранён фрагмент текста, в котором рассматривались в качестве обобщенного оружия средства воздействия одной социальной системы (группы) на другие на исторически длительных интервалах времени и указывалось, что:

«Много лет нам твердили о решающей роли ядерного оружия и других видов оружия массового поражения в глобальном противоборстве двух систем. Теперь ясно, что это неверно.

Если под оружием понимать любые средства борьбы противостоящих общественных групп, в том числе и государств, и расставить его приоритеты в порядке убывания губительности, мы получим следующее.

ИНФОРМАЦИОННОЕ ОРУЖИЕ: 1. Информация философского, мировоззренческого характера. 2. Информация летописного, исторического, хронологического характера каждой отрасли знания. 3. Информация прикладного фактологического характера каждой отрасли знания (идеология, технология и т.п.)

МАТЕРИАЛЬНОЕ ОРУЖИЕ: 4. Экономика и международная торговля. Борьба за мировые деньги. 5. Угроза применения оружия массового поражения (не уничтожения, а поражения!). 6. Прочие виды оружия.

По первому приоритету в официальной науке мы не имеем ничего, кроме высокопарных слов типа: “Учение Маркса всесильно, потому что оно верно”.

По второму приоритету мы не знаем о себе и окружающих ничего, что выходит за пределы памяти одного поколения.

По третьему приоритету существующая система режима секретности работ не позволяет нам самим знать о себе ничего, но позволяет получать с Запада до 80 процентов наших разработок, спустя 10 — 15 лет после их завершения в СССР.

По четвертому приоритету мы ограничивались только восторгами по поводу поднятия отдельных р